— Да! Страшная, как застарелый геморрой, любовь. Ладно, извини ,Самвел — неудачная шутка. Я сам этих турок ненавижу. А ты , Низаров, откуда родом?
— Родился в Астрахани, а корни в Новочеркасске.
— Из казаков?
— Так точно!
— Отличто — мы с тобой почти земляки. Я — ростовский жулик из купцов, а Федя Поленчик — бывалый человек из Одессы "мамы". Хорошая компания у нас собралась. Самвел, наливай. Выпьем за нового начфина и нашу армейскую дружбу!
Выпили, закусили. Семенцов с ухмылкой продолждил допрос Низарова :
— Слушай! Мне твоя фамилия кажется знакомой. Где предки служили? Не твой ли отец у Москаленко начальником разведки был?
— Был и погиб в 1942 году под Харьковом, а дед служил до революции в разных местах. Даже здесь, в Нахичевани, командовал казачьим отрядом.
Глава 1 продолжение 6
— Во как! Папашу твоего я помню — героический был полковник. На моих глазах из сорокапятки два немецких танка подбил. Солдаты то со страху разбежались, так он за наводчика сел, а меня заряжающим подрядил. С тех пор в артиллерии и служу. Значит не повезло ему — погиб, а я из окружения вырвался и в военное училище попал. Войну в Германии закончил. Ладно! Самвел, наливай. Теперь выпьем за наш славный дивизион, стоя по-гвардейски.
Встали, локти приподняли, хватанули, заели присоленной редькой и шашлыком. Семенцов порозовел.
— Хорошо пошла, Низаров, твой предшественник, хитрожопый хохол Шмурченко, умудрился втихаря поступить в университет и смылся на политработу. Теперь трудится инструктором политотдела дивизии по культпросветработе . За него временно исполнял должность начфина сержант сверхсрочной службы Юсиф Гахраманов. Этот кадр до армии закончил финансовый техникум, но военное хозяйство знает слабо, хотя Шмурченко его чему-то учил. Но самое главное — не доверяю я этому горскому еврею. Скользкий он, как уж. Я ему приказал готовить дела к сдаче. Ты, Низаров, с завтрашнего утра займись им . На развод можешь не ходить. Всё перешерсти , как следует и составь подробный акт.
— Товарищ подполковник! Начальник финансовой службы дивизии обещал подъехать и оказать помощь в приёме должности.
— Это хорошо! — Семенцов слегка поморщился, но отреагировал на сообщение с деланным одобрением, — Ларин человек хороший, понимающий — свой в доску и в полоску. Мы с ним на прошлой неделе выпивали и предстоящую стройку обсуждали, но всё же слишком с ним не откровенничай — всякое бывает. Тем более, что ревизором у него капитан Закуваев — хитрая, блатная бестия со связями в Москве. Собирается когти рвать куда-то в Россию. Впрочем ну их всех в задницу. Федя, расскажи пару анекдотов.
— Запросто! Пришёл Абрам на привоз пару щучек купить для форшмака …
Анекдоты были достаточно похабными и антисемитскими, а потому мы не будем приводить их содержание, дабы не вызывать гром и молнии со строны "прогрессивной" общественности на наш роман. Вони и без этого будет много. После Поленчика уже Топалцян развлекал Семенцова карточными фокусами. Незаметно вылакали две бутылки. Командир вспомнил дни военные, расчувствовался и запел : " Артиллеристы! Сталин дал приказ. Артиллеристы! Зовёт Отчизна нас! и сотни тысяч батарей за слёзы наших матерей! За нашу Родину огонь, огонь!" Песню подхватили все сидевшие за столом офицеры. Немного погодя после после распевок разлили третью бутылку, выпили и здесь , совсем некстати , в кабак , словно в ковбойском боевике, ворвались в засаленных чёрных комбинизонах два капитана танкиста. Один из них , плечистый, подбежал, расталкивая по пути мешавшие стулья, к буфетной стойке и зарычал :