Утомленный обходом стен в непогоду, я быстро заснул. И только тихий вкрадчивый голос под кроватью прошептал где-то далеко-далеко: «Скоро. Очень скоро».
Глава 3
После первичного снегопада зима окончательно вступила в свои права. Снег шёл четыре дня подряд, завалив всю округу. Потом перестал ненадолго и завалил с новой силой, превратив начало зимы в настоящую снежную бурю. Вскоре сугробы вокруг крепости начали подниматься настолько, что пришлось заменить тренировки молодых расчисткой снега не только внутри, но и снаружи Косинца. Так получилось хотя бы немного разгрести снег, чтобы не потерять основное преимущество военного форпоста — высоту стен.
На то, чтобы выставить полноценную заставу в такой снегопад у Вальтера ушла седмица. Он, в прямом смысле этого слова, окопался на восточной дороге, в двух верстах от Косинца, у поворота, где тракт зажат между двумя холмами и объехать его негде. Караваны пошли почти сразу.
Я этого не ожидал и, судя по докладам Вальтера, он тоже. В первые две седмицы после возведения заставы через нее прошло одиннадцать обозов, и каждый заплатил, потому что купцы предпочли буран войне. Южные тракты пролегали через воюющие земли, и там брали не пошлину, там вполне могли забрать жизнь.
Это были первые деньги, которые Косинец заработал сам за три года. А потом дороги завалило так, что по ним стало почти невозможно проехать. Тот самый снег, что отрезал путь любому врагу, перекрыл его и обозам. К середине зимы телеги почти перестали идти, не считая редких смельчаков, и застава стояла пустой. Вальтер снял с неё людей и вернул на стены. В такой мороз любому каравану все равно предстояло завернуть в Косинец, иначе купцы рисковали околеть по дороге.
Лилиана никак не показала ни радости, ни разочарования. Но я видел её, когда Вальтер принёс ей реальные деньги за первые две седмицы. Как бы она ни пыталась прятать эмоции, пополнение казны точно пошло нам на руку. Метод сработал. Весной он сработает снова.
Двое охотников Вальтера взялись за лес южнее и за зиму добыли достаточно, чтобы прибавка оказалась заметна на кухне. Даже если излишков мяса не оставалось на продажу, к Хагену устремился ручеек трофеев с дичи. Правда, пока эта часть лишь сокращала и без того набежавший долг Косинца перед разъездом Компании.
Ульрих выбрал себе двоих молодых ребят, как и обещал, и гонял их так, что на вторую седмицу один из них пришёл к Бенджи и попросился обратно на стену. Ульрих его не отпустил, а Бенджи не стал спорить со стариком. Вылазки за овраг начали приносить какую-то выгоду только в последние две седмицы, когда оба парня наконец хотя бы немного подучились. Как источник денег это было слабо, и Ульрих сам это признавал.
Хаген брал трофеи с любого вида охоты, а после моего напоминания о том, что о его связи с Братством никто не забыл, часть пушнины на юг пошла вне долга. А вместе с ней трофеи из Спорных земель, за которые в Посту давали отдельно. Запасы лесного ряда постепенно наполнялись нашими товарами.
Письмо Беатрис Красс ушло с первым же спокойным днем. Лилиана отправила птицу, но ответа так и не получила. Ни отказа, ни согласия, ни даже подтверждения, что письмо дошло до Талвега. Лилиана об этом не заговаривала, и за полторы луны не спросила ни разу, не привезли ли новостей с юга.