— Спасибо, я верю тебе.
Сделал вид, что украдкой оглядываюсь, а потом заговорщически прошептал, приблизив изображение.
— Ну а если что, то ты сможешь вступить в мою свиту и проконтролировать лично, чтобы твой народ с максимальным комфортом и защитой проследовал в отведённую ему резервацию.
— Луи!!!
— Прости, не удержался. Действительно глупая шутка. — немедленно повинился я. — Я стал куда более ядовитым с тех пор, как у меня сожгли дом.
— Твой дом сожгли?!
— А… не волнуйся. Это только мои проблемы. — как можно более беззаботно отмахнулся я.
— Но кто?! Там же защиты было, как в замке!
— Ну тебя же не остановило. Вот и сборная команда из воров, гномов и ещё чёрт-те кого смогла презреть мои меры безопасности. Ну да не важно, всё равно я до первых двух уже скоро доберусь.
— Доберёшься? — полушёпотом повторила Цельсия.
— Да. Пожалуйста, не беспокойся. Я не собираюсь делать ничего ужасного. Просто попытаюсь объяснить неразумным степень их заблуждений. Добрым словом и крепким аргументом. Честное пречестное!
— Луи… — протянула Цельсия. — Я переживаю за тебя.
— Не стоит, правда! К тому же, я не один, мне девочки помогают, так что не сомневайся. Ты же знаешь, Мелисса и Джини меня одёрнут, если начнёт заносить слишком круто на поворотах, — в какой-то момент поймал себя на том, что успокаиваю девушку тем, что не собираюсь стать злодеем теми словами, в которых обещаю разобраться с третьими разумными, что по сути своей является бредом, который надо немедленно заканчивать. — Цельсия, я правда в порядке. А вот ты явно нет, и это меня сильно беспокоит.
— Спасибо. Мне, правда, уже лучше. Вот с тобой поговорила, вспомнила, какой ты непосредственный и от сердца отлегло, — эльфийка куда-то уселась, обняла коленки и положила на них голову. — Хорошо, что мы сделали этот артефакт, жаль он одноразовый.
— Ничего страшного. Когда в следующий раз придёшь в Офан, мы его обязательно доработаем.
— Ты приглашаешь?
— Конечно!
— Значит, я обязательно приду.
— Хорошо. В таком случае давай сделаем то, для чего и делали этот артефакт.
В центре круглой комнаты ярко горел костёр, окрашивая белые стены в рыжий мерцающий цвет. На полу на аккуратно уложенных в несколько рядов одеялах сидел, по-турецки сложив ноги, действительно старый эльф. Кожа его давно сморщилась и истончилась, волосы выцвели до грязной белизны, а на плечах накинута плотная шерстяная накидка. Борода была жиденькой длинной и ровной, как у китайского монаха-культиватора, а глаза оставались полуприкрытыми в любой ситуации, будто бы он уже и не мог их полностью открыть. Из всего его вида, относительно молодыми казались лишь заострённые уши. Да и те были раза в два короче, чем у Цельсии или любого виденного мной эльфа ранее. Отсыхают с возрастом?
От моего неожиданного фырка старик встрепенулся и уставился на возникшую напротив себя проекцию.
— А, явился, мерзавец. Решил докончить начатое?
— Вот так, да? Сходу? Сразу в оскорбления? — скривился я. — Впрочем, о чём я? Ты же уже послал ко мне убийцу.
— Я должен был! Именно сейчас, пока ты ещё не вышел на свой пик! Сбросить камень, прежде чем он потянет за собой лавину, что сметёт за собой всё до чего дотянется! — глаза старого эльфа фанатично вспыхнули рыжими отблесками костра.