Что я, собственно, помню о рельсотронах?
Начнём с того, что я вообще о них только слышал. Знаю лишь, что заряд чудовищной мощности проходит через рельсы, генерируя феерической мощности магнитное поле, которое толкает мяч со скоростью примерно двенадцать километров в секунду. Так? Нет? Да и пофигу. Для магии это не важно, главное — представить, как это работает с наибольшим числом подробностей. Немного не так? Ну ничего страшного, за ошибку заплатишь лишней утечкой силы. Заклинаний это, конечно, не касается. Там всё должно быть точно. Ни миллиметра в сторону. А всё почему? Потому что нет ПОНИМАНИЯ происходящего. Заклинание — это тупой повтор за кем-то, добившимся результата. Я же сейчас словно художник, щедро берущий краски прямо из воздуха! Вон прямо из того фонтана, что бьёт прямо в небо и портит жизнь всему Офану и мне прямо здесь и конкретно сейчас.
Когда я закончил с пушкой и навёл её на башню, вокруг меня дрожал воздух и трещали молнии. Теперь нужно было озаботиться собственной безопасностью. Прибежав к отряду, который предусмотрительно окопался примерно в двадцати метрах от моей конструкции, я утёр кровавую дорожку из носа и прокричал сквозь шум машины.
— А сейчас, девушки, нам нужны самые мощные щиты, на которые вы вообще способны. Желательно от всех возможных воздействий.
— Луи, а ты уверен, что это сработает? — прокричала в ответ Айла. — Не знаю, что ты там сотворил, но это точно поможет?
— Не волнуйся, я взял с запасом! Так щиты будут?
Мелисса и Цельсия воздели руки к небу и между нами и башней возник сначала земляной бруствер, который затем уменьшился и уплотнился, а перед ним образовался светящийся желтоватый экран, испещрённый святыми силами.
— Готово! — крикнула Мелисса. Эльфийка просто кивнула, после чего все в отряде, кроме меня, как по команде залегли в укрытие.
— Ну и ладно! — крикнул в ответ я и отвернулся, потому что святой щит был очень ярким, ну и ещё крутые парни не смотрят на взрывы.
— Р-Т-А-Т-А-Б-У-У-Ф-В!
Это было не передать словами. Как будто всё небесное воинство архангелов низверглось на грешную землю и со всех сторон ударило меня своими щитами плашмя. Бело-зелёная вспышка ударила по глазам, а тело накрыла ударная волна. Щиты сдуло, благо что не сразу. Меня повалило на землю и присыпало остатками бруствера. Ещё примерно с десяток секунд поляну сотрясало чудовищное эхо, затем, когда с неба перестала падать земля, я поднялся и, пошатываясь пошёл смотреть на дело рук своя.
Во-первых, все девушки были целы. Они были все в земле, грязнющие и потерянные, у них по любому сейчас очень сильно звенело в ушах, но они все были целы. На месте рельсотрона на удивление целыми остались мечи. Все кроме моего. «Выбор наёмницы II» официально пропал без вести в ходе этого… эксперимента.
Что же касается башни… То верхних этажей просто не было, примерно пятьдесят метров высоты как корова языком слизала, а аккурат за ней… там, в облаках… зияла идеально круглая дыра в которой виднелось закатное солнце. И тишина…
* * *
Цельсия ещё долго сидела на земле, не понимая, что сейчас только что произошло. Рёв земли, грохот молний, чудовищный удар по самой сути мироздания слился в её голове с единым криком безумной боли, моментально стихнувшим и оставившим после себя абсолютную пустоту. Казалось, остановилось само время, но нет. На поляну, как раз в то место, где они стояли пали солнечные лучи. Розовые, тёплые, печальные. Девушка посмотрела на башню и ужаснулась степени её повреждений. И облака… То, чем выстрелил в машину Луи, пронзило сам небосвод! Такая сила не могла принадлежать человеку! И тем не менее тот, кто её использовал, сейчас стоял на останках её земляного щита и без движения смотрел на расползающиеся в разные стороны облака.