Телефон снова зазвонил, долбя по мозгам. Взяв трубку, мазнула глазами по экрану, тут же закрывая глаза, сжимая губы, запрокидывая голову.
— Чёрт, чёрт, чёрт… Только не это! Ну какого хрена, я вас спрашиваю? — одними губами прошептала я, рассчитывая не брать трубку, авось всё рассосётся.
Угу. Щас!
Как только звонить перестали и телефон заткнулся, так всё повторилось снова.
— Ммм…
Опустив голову, выглянула в окно. Тут же икнув, сжав в момент вспотевшие ладони в кулаки. Чёрный внедорожник с тонированными стёклами стоял посреди детской площадки, он въехал туда, не запариваясь, сломав молодые берёзки и кусты гортензии, снеся на хрен песочницу, чтобы ни у кого даже вопроса не возникло, кто тут всех танцует.
Он стоял у машины, облокотившись спиной на бочину, с вечной сигаретой в руках, во всём чёрном, как сама смерть, посланником которой он и был. Сколько на его руках крови? Скольким людям он выдал билет в один конец. Его туристическое агентство «В последний путь» работало без перебоев, отправляя чартеры со всего мира.
Я только опустила глаза, как, словно почувствовав мой взгляд, он тут же вскинул голову, поднял руку и пальцем показал на телефон, который держал у уха.
— Да пошёл ты!
Выбросив ему фак, демонстративно отбила звонок, бросила телефон на подоконник и, развернувшись, вышла из кухни. Понимая, что мой демарш для него, как истерика ребёнка, который не хочет завтракать. Сейчас получу по жопе и снова стану как шёлковая. Потому что он крепко держал меня за шею. Как я ни пыталась скинуть с себя поводок, у меня ничего не получалось.
— Больной ублюдок.
Сумка, ноут, ствол, не табельный, а мой личный.
Я стояла в ванной, замазывая тоналкой уже почти сошедшие с шеи синяки, когда в дверь позвонили.
— Чёрт!- Сжав край раковины пальцами, опустила голову.
— Раз, два, три, четыре, пять…
Я иду тебя искать. — прошептала я, отталкиваясь от гранитной стойки, выходя в коридор.
Сумка, очки на нос и рука на замок.
Я и пикнуть не успела, как оказалась вжатой в стену, а все мои попытки дождаться, когда сойдут синяки, только что обнулились.
Глава 7
— Если я тебе звоню — ты берёшь трубку! — Шарах! Перед глазами белые звёзды, в башке взрыв мозга, по затылку что-то потекло. — Что тебе не понятно до сих пор, Матвейчук?
— Александрова! — Прошипела я, медленно поднимая голову, глядя в эти глаза, красивее которых я никогда не видела в жизни. Тёмно-синие, почти кобальтовые, миндалевидные, обрамлённые пушистыми длинными ресницами. Да, бабы за такие готовы душу дьяволу продать, но в том-то и дело, что дьяволу они были нужны самому. И этот дьявол сейчас стоял передо мной.
— Пока ещё Матвейчук.- Криво усмехнулся он, наклоняясь, касаясь носом моей скулы, шумно вдыхая мой запах, облизывая меня.
Господи, меня чуть не вывернуло. Отвернувшись, закрыла глаза. Главное — не сопротивляться. Это именно тот случай, когда сопротивляться нельзя, когда тебя сейчас просто оближут, вытрахают мозг и отпустят. Но если ты только попробуешь встать в позу, тебя изнасилуют и выстрелят в затылок, пока ты будешь давиться вонючим семенем.