Потом началась переброска награбленного через реку.
Часть моей дружины, подгоняя лошадей и скрипящие под весом добра телеги, двинулась к тому самому месту, которое показал Митрий. Вода бурлила под колёсами, лошади фыркали, но груз шёл на наш берег нескончаемым потоком.
Я же остался пока на этом берегу, наблюдая, как разворачивается главное действо.
У переправы, где стояли плоты, собралась толпа. Первыми через реку отправляли главных виновников торжества — князей Углицкого и Волоцкого.
Я стоял на пригорке, скрестив руки на груди, и смотрел. Картина мне решительно не нравилась.
Князья Шуйский и Бледный сопровождали пленников. Но выглядело это так, словно они едут на прогулку. Да, руки у мятежных князей были связаны, но на этом всё. Никто не толкал их в спину, никто не смотрел на них с той ненавистью, которую они заслужили.
Они стояли на плоту, перекидываясь фразами с победителями. Конечно, не как старые друзья за чаркой, но что-то очень похожее в этом было. Словно всего несколько часов назад здесь не лилась кровь рекой по их вине.
— Тьфу, — сплюнул я, еле сдерживая переполнявшее меня возмущение.
Плот отчалил. Я видел, как Шуйский что-то сказал Углицкому, и тот, хоть и мрачно, но кивнул в ответ.
— «Договорятся, — с горечью подумал я. — Ворон ворону глаз не выклюет. Найдут способ замять, оправдать, сослать в тёплые края… А через год всё по новой».
Мне это сильно не нравилось.
— «Ладно, — решил я. — У меня ещё есть шанс. Мария Борисовна. Только она может поставить точку».
Вскоре настала и наша очередь. Мы загнали остатки имущества на плоты, то, что не уместилось на лошадях. И вернувшись в свой лагерь, я тут же обратился к Семену.
— Сворачиваемся! — приказал я.
— Так сразу? — удивился он. — Люди устали, Дмитрий. Может, отдохнём?
— Отдохнём на том свете, — ответил я, и Семен с укором посмотрел на меня. В этом времени такими вещами не шутили.
— Дмитрий, — тихо сказал Семен. — Сейчас тут праздновать будут. Наши… твои воины, наверняка, тоже хотят принять в этом участие. — Он сделал паузу. — Давай мы завтра начнём сборы. А сегодня дай парням отдохнуть, тем более они это заслужили.
Я нахмурился, но немного подумав признал правоту Семена.
— Ладно, — сказал я. — Пусть разберут орудия, погрузят на телеги и откатят наши трофеи из лагеря. Чтобы…
— Чтобы не разворовали, — закончил за меня Семен.
Я кивнул, и немного подумав сказал.
— Мне в Кремль надо. Ты со мной? — спросил я.
Семен, усмехнувшись, ответил.
— Я всегда с тобой.
— Спасибо, — произнёс я, понимая, что его фраза, это непросто слова.
Через полчаса мы уже были в седлах.
В сторону Москвы мы летели, не жалея лошадей. И всего через два часа башни Кремля показались на горизонте.
Как оказалось, здесь уже знали о нашей победе. Алексей Шуйский, умная голова, отправил гонца сразу же, как только всё закончилось. С этим самым гонцом я столкнулся на крыльце, и узнал его.
Не став тратить время я взбежал по ступеням. И поднявшись к покоям Марии Борисовны я увидел знакомые лица. У дверей стояли мои воины. Те самые, которых я оставил здесь ещё до выступления. Рынды, дискредитировали себя, и теперь их места заняли мои воины из Курмыша.