Щупальца двигались внутри неё, и я чувствовал, как её внутренние стенки сжимаются вокруг меня, пытаясь затянуть ещё глубже, что лишь подстёгивало меня толкаться сильнее. Этого она и хотела — грубо, грязно и властно, — и я был более чем готов дать ей это.
Но ноющая боль в штанах становилась невыносимой, и я понимал, что нужно что-то делать. Пока три щупальца продолжали входить в неё и выходить обратно, ещё одно скользнуло к моему телу, обвившись вокруг пояса штанов и сдёрнув их ровно настолько, чтобы освободить рвущийся наружу член. Он выскочил на свободу — твёрдый, уже истекающий смазкой на кончике, отчаянно жаждущий погрузиться в неё.
Щупальце тут же обхватило толстый ствол, и сторона с присосками создала скользкое, плотное трение, когда я принялся наяривать себе, двигаясь в плавном, привычном ритме, вырвавшем низкий стон из моей груди. Кара издала тихий смешок, и я понял: она уже всё сообразила и точно знала, что я делаю.
— Пожалуйста, Октавиус, — взмолилась она хриплым от желания голосом — желания, вибрацию которого я ощущал во всём её теле. — Мне нужен твой член внутри, милый. Пожалуйста… прямо сейчас.
Я знал, что мне рано вставать и что мне следовало бы закончить всё до того, как я напрочь забуду о клиентах, но это была Кара. Кто я такой, чтобы отказывать ей? Кто я такой, чтобы отказывать себе?
Я пристроился у её входа; головка моего члена упёрлась в неё — уже растянутую и чувствительную от моих щупалец. Однако вынимать их я не стал. Вместо этого я подался вперёд, плавно входя в неё прямо рядом с ними.
Всё её тело одеревенело, когда гортанный стон сорвался из её горла: это ощущение растягивало её до предела, делая невероятно переполненной мной.
— О боже мой! — вскрикнула она, и я практически услышал, как деревянные перила трещат под её ладонями.
Когда я начал двигаться, трахая её одновременно своим членом и тремя щупальцами в сокрушительно идеальном ритме, я позволил ещё одному щупальцу поднять её ногу, пока её колено не упёрлось в перила, раскрывая её передо мной ещё сильнее, в то время как щупальце блуждало по её телу, пока не устроилось между её ягодицами, дразня тугой вход её попки. Прежде мы такого не пробовали, но теперь, когда оно оказалось там, щупальце словно обрело собственный разум, медленно пристраиваясь на месте.
— Нет, только не туда, — ахнула она с ноткой паники в голосе.
Я наклонился ниже, касаясь губами её уха:
— Я думал, ты хотела погрубее, — прошептал я, продолжая дразнить её дырочку. Одно из моих щупалец на мгновение выскользнуло из неё, разнося её влагу по тугой мышце, понимая, что, если мы собираемся это попробовать, мне нужно её подготовить.
Моё щупальце пока не проталкивалось силой. Оно просто массировало чувствительную плоть, кружа и надавливая, пока её сопротивление не начало таять. Не успел я опомниться, как она сама подалась назад навстречу ему — словно в безмолвном приглашении, — и с этим я позволил кончику щупальца медленно скользнуть внутрь.
— Ёб твою мать, — вскрикнула она, и её ругательства перетекли в стоны, когда я принялся медленно входить в неё и выходить обратно.