— И как давно ты травами увлекаешься? — продолжила она интересоваться, присаживаясь рядом с костром.
— Давно. С детства.
Она кивнула, помолчала. После бросила на меня изучающий взгляд и заговорила:
— Не боишься златолистник собирать? За это можно поплатиться свободой и жизнью, если тебя ещё и обвинят в колдовстве.
— Знаю, но мне очень нужны деньги.
Незнакомка рассмеялась.
— А кому они не нужны?
Я ещё с детства знала, что златолистник — трава редкая. Растёт в тени, прячется от глаз. Найти её не так просто. И собирать надо сразу после сумерек, когда он начинает засыпать, пока цветы не закрылись. Днём его брать нельзя — станет ядовитым. Он так защищается. А если собрать правильно — целебный, приличных денег стоит. Только в открытую его не продашь — арестуют.
Продажа под запретом. Из-за того, что многие травятся, покупая у недобросовестных людей. А ещё я слышала, что ведьмы и колдуны очень любят собирать эту траву, чтобы не только делать целебные настои, но и зелья для продления молодости.
В общем, в империи сбор этой травы под строгим запретом. Только дипломированным лекарям разрешено её собирать, и то если у них есть на это специальное разрешение с государственной печатью.
— Я тоже за этой травой пришла. Но увы, пока не нашла, — тяжело вздохнула она. — Меня зовут Ярна, — представилась она наконец. — Я знахарка. Пойдём, — она поднялась. — Не здесь же ночевать.
Глава 5
— Что случилось? — я приподнялась на локте, не понимая, что нашло на Ярну.
— Одевайся. Быстрее. Видимо, кто-то всё-таки заметил нас и сообщил стражам, — ворчала травница, продолжая спешить. Лицо её утратило спокойствие и теперь напоминало волчицу, готовую дать отпор.
— Но зачем? Что мы плохого сделали? — не понимала я спросонья.
— Хватит уже дурочкой прикидываться. Я сразу почувствовала, что ты из наших.
— Из каких ваших?
Ярна остановилась, обернулась, посмотрела на меня, как на умалишённую, потом махнула рукой.
— Ладно, потом сама поймёшь. Видимо, время ещё не пришло. Давай беги, пока сюда солдаты не нагрянули!
— Но куда? — я села на постели и стала в спешке натягивать платье, чулки.
— Да куда угодно! Лишь бы подальше. На вот, — бросила мне на колени пухлый мешочек с какой-то травой. — На свои следы порошок посыпь — это собьёт их, но ненадолго. За это время, возможно, успеешь убежать.
— А ты? — спросила я, подвязывая мешочек к поясу.
— Я в другую сторону побегу.
— Но почему?
— Так нам будет легче уйти от погони! Хватит болтать! Уходи!
Ярна за руку утянула меня к двери, накинула на мои плечи тёплый плащ, сунула в ладонь нож, в другую — небольшую зажжённую свечу странного зелёного цвета и чуть ли не силком вытолкнула из дома.
— Свеча тусклая, но её света хватит, чтобы не споткнуться. И ещё она долго горит, хоть и маленькая, и не затухает при ветре, пока сама не дунешь на фитиль. А чтобы вновь её зажечь, надо потереть фитиль пальцами. Ну всё, удачи, — сказала Ярна на прощание и быстро исчезла в темноте.
— Ярна, подожди! Как мы с тобой встретимся? — крикнула я её вслед, но мои слова затерялись во мраке, как и она.