Парни из моей десятины ели молча, методично работая ложками и лишь изредка бросая на меня косые, изучающие взгляды. Речь Бранда явно упала на благодатную почву. В их глазах больше не было того насмешливого блеска, с которым они смотрели на меня утром. Теперь во взглядах читалась задумчивость.
Командор доходчиво объяснил им диспозицию: я теперь часть их строя. А для тяжелой пехоты строй — это религия. Выбросить слабое звено они не имели права по уставу, значит, им предстояло понять, как со мной, такой щуплой и мелкой, выжить и не дать тварям прорвать линию обороны.
После обеда прозвучал горн, созывающий кадетов всех корпусов на теоретические занятия.
Учебный корпус в Чёрном Рифе также был один на весь гарнизон. Огромное здание с высокими арочными потолками и широкими лестницами, где пересекались все потоки.
Я вышла из столовой и молча пристроилась в хвост колонны Волноломов. Шла тихо, как тень, стараясь слиться с серыми стенами и не привлекать внимания. Парни не обращали на меня внимания, привычно перестраиваясь в походный порядок.
В столовой меня никто не задирал, но я не обманывалась. Молчали лишь потому, что там было полно офицеров, и вряд ли кто-то захотел бы навлечь на себя наказание.
Но стоило нам ступить в переполненные коридоры учебного корпуса, как атмосфера резко изменилась.
Коридоры гудели, как растревоженный улей. Сотни кадетов с нашивками разных подразделений — надменные Буревестники, юркие бойцы Серой стражи, крепкие Морские Драгуны — текли сплошным потоком из одной аудитории в другую. И, естественно, появление новой девчонки в этом море тестостерона не могло остаться незамеченным.
— Эй, крошка! Ты заблудилась? Кухня в другом крыле! — хохотнул кто-то из толпы Стражей.
— Какие глазки! А ну-ка, покажи личико поближе! — Резкий, заливистый свист резанул по ушам.
— Слышь, малышка, вечером приходи в казарму летунов, мы тебе покажем, как драконов приручать!
Со всех сторон летели сальные шутки, смешки и откровенные оклики. Несколько Буревестников даже попытались отделиться от стены, чтобы перегородить нам дорогу и поближе рассмотреть столичную диковинку. Я внутренне подобралась, готовая в любой момент выхватить катану, если понадобится.
И тут произошло то, чего я никак не ожидала.
Тот самый Здоровяк с перебитым носом, которому я вчера приставила катану к горлу, вдруг чуть замедлил шаг. Он не сказал ни слова, даже не повернул головы в мою сторону. Просто сдвинулся на полшага вправо. Шедший слева от меня хмурый Бородач синхронно шагнул ближе ко мне. Двое парней, замыкающих строй, ускорились и встали плотнее, дыша мне прямо в затылок. Еще один тяжеловес выдвинулся вперед, закрывая обзор своими необъятными плечами.
Я моргнуть не успела, как оказалась внутри плотной стены из мышц и черного сукна. Они технично, словно отрабатывали это тысячу раз, взяли меня в «коробочку». Никто из них не орал в ответ на провокации, они просто молча закрыли меня ото всех.
Буревестник, хотевший преградить мне путь, внезапно уткнулся носом в широченную грудь Здоровяка.