Алексей покосился на плечо. Мужчина не помнил ни ручья, ни того, что до этого самого ручья было. Сглотнув, снова облизал пересохшие губы, посмотрел на мясо: есть совершенно не хотелось, а вот пить — да.
— Воды можно?
Борк молча протянул ему кожаный мешок. Мчсник перехватил его левой рукой и приложил к губам. Пил долго, жадно, вода катилась по подбородку, и потом пришлось вытирать лицо сгибом локтя.
— Спасибо, — выдохнув, протянул мех обратно.
Отвечать ему никто не стал, кинув мешок в угол, мужик сел обратно.
А Алексей принялся разглядывать себя: из одежды на нём была короткая, кое-как сшитая куртка из грубо выделанной шкуры, штаны из кожи и что-то вроде мокасин. Но вот он точно помнил, что обычно одевался по-другому, только вот как?
— Я лежал в этом? — мужчина решил уточнить у первобытного, его ли это шмотки.
— Нет, — коротко ответил тот. — Твоя была мокрая. И рваная. Я её выкинул, — он мотнул головой в сторону выхода из пещеры. — Оставил только мешок.
Рощин посмотрел в сторону, куда в очередной раз кивнул неандерталец. В полумраке он разглядел груду тряпья, точнее шкур. И среди них тёмно-синий с потёртыми лямками рюкзак.
— Можешь подать его? — Рощин указал здоровой рукой на рюкзак. — Если тебе не сложно.
Борк хлопнул руками по коленям, но поднялся и даже кинул ему рюкзак, который, звякнув, шлёпнулся рядом с Алексеем на шкуру.
— Я видел там амулеты, — сказал он. — Ты шаман?
— Почему ты так решил? — сам он точно не помнил о себе такого.
— У тебя на теле рисунки, — ответил неандерталец.
Мужчина почесал затылок здоровой рукой. Какие ещё рисунки? И тут до него дошло, что на правой руке, чуть выше локтя, был нарисован браслет. Татуировка, всплыло в его голове. Так и не вспомнил, откуда у него это украшение, мужчина попытался открыть рюкзак — левой рукой было неудобно, он возился, задевал больное плечо, шипел от боли, но наконец справился с молнией.
Повертел в руках тёмный прямоугольник со странным названием — телефон, коробочка с колёсиком — зажигалка, покрутив колёсико, чуть не отбросил вещичку, когда из неё вырвалось пламя. Из угла послышался шум: неандерталец вскочил на ноги, сжимая в руке костяное оружие.
— Что это? — голос Борка стал ниже. — Огонь? Ты носишь огонь в руке? Может, ты дух? Не шаман.
Переведя взгляд с зажигалки на первобытного жителя пещеры, спрятал ту обратно, чтобы не пугать своего спасителя ещё больше.
— Не знаю, — сказал он, чувствуя, что сам не знает, как объяснить. — Просто она даёт огонь. Но я не знаю… я не помню, откуда она у меня.
Неандерталец медленно опустил оружие и сел обратно, не отрывая взгляда от сидящего на шкуре Алексея.
— Шаман, — повторил он увереннее. — Только шаман может носить огонь в руке. Или дух, — лоб Борка нахмурился. Кажется, мужик не мог решить точно, кто перед ним.
Спорить Рощин не стал, он и сам не знал, кто он такой. Решил вместо этого, что пора размяться. Но едва встав, тут же рухнул обратно. Ноги совершенно его не держали. Боль была такой острой, что мужчина зашипел сквозь сжатые зубы.
Борк тут же подскочил к нему. Помог сесть удобнее, подхватив под руки. Алексей даже удивился, что такой с виду грубый человек был способен на человеколюбие.