— Осьмак ! Для начала проверим твоё воинство на вшивость — осмотрим внешний вид, наличие документов, состояние стрелкового оружия, вещмешков и выслушаем жалобы солдат. Для этого разведи строй по шеренгам. Интервал между ними 4 шага. Командуй! в первых трёх шеренгах должны быть офицеры по старшинству, за ними — солдаты".
Осматривать и опрашивать взялся сам Махнович со своим адъютантом, писавший в блокнот всё замеченное генералом. Смотр продолжался долго и утомительно для всех. К офицерам миномётного дивизиона Махнович подошёл минут через сорок. Остановившись перед Низаровым спросил, пристально глядя в глаза :
— Что-то мне ваша личность , лейтенант, кажется знакомой. Со мной в 1-й Конной армии служил бывший хорунжий Василий Низаров. Вы на него очень похожи. Случайно не ваш отец?
— Совершенно не случайно, товарищ генерал. У нас дома сохранилась фотография, на которой вы, совсем юный, скачете со знаменем, а рядом, с шашкой наголо, мой папаша — выпускник Николаевского кавалерийского училища.
— Я тот день хорошо помню, — Махнович расчувствовался, достал носовой платок и вытер слезу, — Накануне казаки окружили наш полк ещё на марше и сам генерал Шкуро развалил шашкой на двое , от плеча до седла, славного полкового комиссара Абрама Хаймовича Шнеерсона. Кровища всего коня залила. Много хлопцев тогда полегло, а мы с твоим отцом и знамённым взводом прорвались, форсировали реку вплавь и ушли лесом, спасая знамя. Вот нас командарм Будённый и приказал сфотографировать, как героев на скаку. Замечательное было время.
Немного помолчав, Махнлович похлопал Низарова по плечу и подозвал удивлённого Семенцова :
— Иди сюда командир! Заруби себе на носу — этот достойный лейтенант — сын моего боевого товарища, Надеюсь, что служить будет не хуже своего героического отца, а ты ему во всём помогай.
— Я понял, товарищ генерал! — преданно обнадёжил подполковник, изобразив на похмельной роже некое подобие улыбки.
Ещё раз похлопав Низарова по плечу, Махнович подошёл к старшему лейтенанту Бортникову, который скороговоркой представился и доложил об отсутствии жалоб и предложений.
— Жалоб нет! Это хорошо! Зато у меня есть к тебе замечания — почему зарос, как неандерталец? За службой было некогда навестить парикмахера?
Из под фуражки Адольфа действительно торчали густые, кудрявые , светло-рыжие волосы.
— Вы совершенно бессовестный офицер! — проблеял генерал и скомандовал , — головной убор снять!
Испуганный офицер сдёрнул фуражку и на солнце засияла зеркально блестящая , огромная, окаймлённая только снизу полоской рыжихэ, кудрявых волос, лысина. Обалдевший Махнович ,громко выматерился и пошёл вдоль строя дивизиона , уже не останавливаясь.
Через час осмотр закончился и генерал, в сопровождении Осьмака, опять залез на трибуну :
— А теперь, дорогие товарищи, подведём предварительные итоги. Адъютант собрал записи проверяющих и мы их сейчас посмотрим. В управлении дивизии недостатков немного, но они всё же есть : у некоторых старших офицеров отсутствуют сухие пайки, нитки, иголки и материал для подшивки подворотничков. Не у всех в удостоверениях личности записаны номера личного оружия. У многих офицеров на сапогах отсутствуют каблучные подковки, а на противогазных сумках нет ярлыков с фамилиями…