— Я не знаю. — От воспоминаний меня снова бросает в дрожь, а в голосе звенят слезы, — ты задаешь мне вопросы, как будто я лично продумывала нападение на собственный дом!
— Зачем убивать твоего отца, если у него все данные и пароли от счетов? Зачем убивать курицу, несущую золотые яйца? Подумай, хорошенько, напряги хоть немного свой мозг. Ты ведь дочь финансового магната! Неужели, он тебя ничему не научил?!
— Боже, — я всхлипываю и закрываю ладонями лицо, — я не могу думать в такой обстановке! Чего ты от меня требуешь?!
— Ясно. — Шрам со вздохом садится на угол кровати и осматривает меня скучающим взглядом, — изначально я должен был увезти твоего отца к Крету, и думал, что поеду один, но нас оказалось трое. Третий в момент налета осматривал дом снаружи и избавился от охранника. Ты слышишь, что я говорю? Я не знал, что твоего отца застрелят. Я должен был его забрать. Забрать, а не убить!
— Это ни о чем мне не говорит. В итоге, его убили вместе со Светланой!
— И знаешь, почему? Потому что им нужна ты, а не он. Если бы мы спустились вниз, то спустя секунду, я бы лежал с пулей в голове, а следствие пошло по ложному следу. Ведь я — бывший спецназовец, а не преступник. Пришлось бы потратить немало времени, прежде чем стало ясно, что я — подсадная утка для отвода глаз. От твоего отца хотели избавиться, а тебя собирались доставить к главарю на разговор. Именно ты была их главной целью. Ты, а не твой отец.
— Ерунда. — Я смотрю на Шрама во все глаза, — зачем я понадобилась твоему Крету? Я ничего не знаю ни о каких делах и паролях!
— Откуда они это знают! Ты — единственная наследница не только капитала, но и, как я понял — всего криминального общака. Представляешь, что это значит? Пойми, — Шрам тяжело вздыхает и проводит рукой по волосам, — эти люди с самого начала хотели избавиться от компаньона, который превратился в крысу. Ведь теперь, когда ты осталась одна, гораздо проще у тебя все забрать. И они сделают это любыми путями. Я слишком поздно понял, к чему все идет. Тогда в спальне, меня осенило, что если мы спустимся вниз, то меня просто грохнут, а тебя — увезут, а потом, тоже — грохнут. Ты ведь не настолько наивна, чтобы верить в то, что тебя отпустят домой?..
Несколько минут мы сидим в полном молчании, а я пытаюсь разложить всю информацию по полочкам. Да уж. Говорит так красиво, что не подкопаешься. Неужели, все для того, чтобы выглядеть благородным и отвести от себя подозрения?
Прищуриваюсь, и рассматриваю его профиль. Только сейчас замечаю переломанный нос и еще один шрам над бровью. Похоже, жизнь у этого мужчины была очень насыщенной. Он сидит, сгорбив спину, и о чем-то думает. По хмурому выражению лица, я понимаю, что мысли — безрадостные.
— Не думай, что я тебе верю. — Говорю, скорее из вредности, — я верю только собственным глазам, понятно? А мои глаза видели, что ты стоял с автоматом в моем собственном доме. Но, у меня есть один вопрос.
Шрам поворачивается ко мне и поджимает губы. Похоже, он и сам уже не рад моему присутствию.
— Зачем ты потащил меня за собой? Какое тебе дело до меня?