Когда нажимаю на газ и включаю передачу, боковая дверь резко открывается, и на переднее сиденье падает Шрам. Он падает так, что сотрясается вся машина.
— Чего уставилась? — хрипит он, повернувшись ко мне вполоборота, — дави на газ, пока шины не прострелили. Живо!
Я вздрагиваю, и делаю то, что говорит этот безумец. Я не очень опытный водитель, и все время, пока еду, молюсь о том, чтобы не улететь с дороги или не заглохнуть. Еще больше я боюсь погони, которая, несомненно, будет. А еще…я не знаю, что делать с ним.
Бросаю беглый взгляд на мужчину, который сидит рядом, и мысленно проклинаю всех богов на свете. Шрам сидит, вжавшись в кресло, и зажимает рукой правый бок. Сквозь пальцы просачиваются ручейки крови. Кровь такая яркая, что выглядит ненастоящей…
Глава 3
Шрам заявил, что ехать в больницу нельзя. Еще бы! Уверена, что ориентировки с изображением его физиономии висят на каждом столбе. Ведь то, что он до сих пор не снял балаклаву, о многом говорит. Прячется. Не хочет, чтобы я его запомнила? Но, какая разница! Он все равно — обречен, и должен это понимать.
— У тебя тачка заправлена? — Он поворачивает голову в мою сторону, — ехать часа два, не меньше. Если бенза мало, то мы застрянем в поле посреди ночи.
— Не понимаю, почему я должна куда-то ехать! — в раздражении сжимаю пальцами оплетку руля, — почему бы тебе не решать свои проблемы самостоятельно? Ты — убийца. Не забывай, что ты меня похитил, а это добавит срок.
— Раз я тебя похитил, крути баранку и помалкивай. Не забывай, что я могу применить грубую силу и наказать тебя за дерзость. Через два километра поверни направо и перестань постоянно нажимать на тормоз. Кто тебе права дал? В переходе купила, что ли?
— Не твое дело… — шиплю сквозь стиснутые зубы, и прибавляю газу, — я могу высадить тебя в любой момент, или прямо сейчас остановлю машину, и никуда не поеду. С меня хватит этих издевательств!
— У тебя нет других вариантов. Хотя, один, кажется, есть. — Шрам делает многозначительную паузу, — я могу тебя застрелить и выбросить на обочину. Зачем оставлять тебе жизнь, если ты — главная цель Крета? Они все равно тебя отыщут. Будут носом рыть землю, навестят всех твоих подружек, приедут на работу, но достанут тебя. Поняла?
— Кто такой Крет? — смотрю на Шрама с легкой тревогой, — решил, что меня так легко запугать? Не знаю, зачем ты это делаешь, но я — совершенно бесполезна для твоего Крета. Я не работаю, подруг у меня тоже нет. Так что, расскажи свою историю какой-нибудь наивной дурочке, ясно?
— А ты у нас, значит, не дурочка, и не наивная?
— Представь себе! И еще, — я настолько осмелилась, что смотрю на него, прищурив глаза, — сдается мне, что ты — самый настоящий трус. Трус, который бежит с тонущего корабля, словно продажная крыса.
— А вот тут немного не понял. — От удивления, Шрам подается вперед, но тут же с «шипением» возвращается на свое место, — ты, случаем, не оборзела?
— Не оборзела. Начнем с того, что ты не говоришь свое имя. Или тебя все как собаку, Шрамом зовут?
— Не будь ты за рулем, я бы оттаскал тебя за волосы. Ты явно не понимаешь, с кем разговариваешь.