Мысленно проклинаю мерзавца, и иду в сторону коридора. Возле двери стоит обувница, и я морщусь, заметив высокие, мужские ботинки. Надевать их не хочется, но разве есть альтернатива? Обувь оказалась очень теплой. Беру с вешалки первую попавшуюся куртку и с легкостью открываю входную дверь: вот дурень, даже не потрудился закрыть ее на ключ!
Но, радоваться рано, нужно еще пробраться в гараж, и найти лестницу. Если ее нет, то мое спасение не состоится. Ну, уж нет. Я не могу быть неудачницей в кубе. Первая попытка не увенчалась успехом, но в этот раз все должно получиться!
На лестницу я натыкаюсь у самого входа в сарай. Даже не пришлось проходить внутрь и шарить по полкам в темноте. Но, все равно, — включать свет во дворе, я не рискнула. Мало ли, вдруг случайно разбужу негодяя? Даже подумать об этом страшно.
Тащу лестницу к дальней стороне ворот в состоянии легкой эйфории: все оказалось проще, чем я думала! Сейчас перемахну через забор и окажусь на свободе. Считай, полдела сделано. Быстренько доберусь до первых домов и попрошу позвонить в полицию, ну, а там, всё само собой закрутится.
Главное, что скоро я буду у себя дома, и забуду все эти истории про Крета, как страшный сон. Да и некогда мне будет думать про этот бред — впереди двойные похороны и долгие судебные разбирательства. Я обязательно запомню адрес этого дома и посажу Шрама за решетку. Это будет первое, что я сделаю! Мысли о справедливом возмездии придают сил.
Берусь за лестницу с двух сторон, и начинаю медленно, шаг за шагом, подниматься наверх. Лестница деревянная и хлипкая — перекладины неприятно прогибаются под моим весом, и сердце екает от нехорошего предчувствия. Неужели, я, и правда, такая толстая, что подо мной сейчас все развалится?..
Во мне веса-то, всего — 95 кг. Не так уж и много! Вспоминаю все обидные словечки Шрама и злюсь.
— Чтоб тебе пусто было, гад!.. — шепчу тихо под нос, и ускоряюсь, — подожди немного, и ты за все ответишь!..
— А вот с этого момента, поподробнее, пожалуйста.
Голос за спиной такой громкий, что сотрясаюсь всем телом, и вместо очередной перекладины, ловлю ногой «пустоту». В следующую секунду тонкая деревянная балка под второй, опорной ногой с хрустом разламывается на две части, и я с диким криком лечу вниз.
Глава 7
Лечу вниз, и падаю прямо Шраму в руки. Он пошатнулся, но устоял на ногах, что, конечно, удивительно с его-то перемотанным боком. Не удержав равновесие, я тыкаюсь носом в его шею и сдавленно «ойкаю», потому что получилось очень больно. В носу засвербело, и кажется, что вот-вот хлынет кровь.
— Тебе идут мои ботинки. — Даже в темноте, я вижу, как саркастично изгибается его левая бровь, — но извини, я тебе их не отдам. Что за фокусы, Василиса? Мне тебя что, на цепь посадить?
— Я… — держусь за ворот его рубашки и пытаюсь отдышаться, — не нужны мне твои чертовы ботинки! Отпусти меня немедленно! Сейчас же!
Дергаю его за ворот, и чувствую, как Шрам разжимает руки. Не успеваю сориентироваться и падаю на землю. Расклячиваюсь, как корова на льду и на этот раз, рыдаю навзрыд.