— Ага. Она у меня уже слабенькая и редко встаёт с постели, а ещё часто кашляет.
Майли, ты правда хочешь, чтобы я начал помогать дедушкам и бабушкам? Ладно, я даже начну при необходимости переводить их на другую сторону улицы, если меня об этом попросят.
Со свистом выпускаю воздух из лёгких.
— Что будем делать, Луи?
— А что тут ещё сделаешь? В библиотеку надо переть, что за цветы-то такие, — и уже смотря на девочку, — тебе повезло! Сегодня у нас… э… среда, да? Обожаю по средам помогать маленьким миленьким девочкам!
— Ура! — возликовало дитё.
В библиотеке, как ни странно, нас ждал успех, ну… относительный. Мы нашли. Но не цветок. Рисунок цветка, что важно! И его прочие ТТХ. Ну так вот, цветочек считается редким алхимическим ингредиентом и в наших широтах не водится, но мы и так не верили, что всё будет настолько просто. Пошли к самой бабушке, дабы вызнать где сей чудесный лунный цвет, а он именно лунный, потому как распускается только в свете луны, произрастает. Выслушали душещипательную историю знакомства бабушки с дедушкой. Мы с Мелиссой умилились, Миррель благополучно проспала, а Джини ещё перед походом в библиотеку заявила, что польза с неё в поиске информации околонулевая и с нами вообще не пошла. Однако, место произрастания растения мы всё же выяснили. К сожалению. Идти только в одну сторону около недели, с чем никто из нас был в корне не согласен, тем более забесплатно. Да и ещё Мелисса с сожалением отметила, что, возможно, у старушки столько времени-то и нет.
Раз проблему нельзя решить ногами, её надо попытаться решить деньгами. Примерно семьсот монет золотом у меня ещё оставалось, так что, лелея мысль о том, что деньги скоро перестанут для меня быть проблемой, уверенно повёл наш маленький, но гордый отряд в сторону магазина Айлы. Но даже там, даже с помощью самой умной и рачительной чародейки и кладовщицы в одном лице, да ещё и при помощи десятка её миньонов, нам не удалось отыскать столь редкий экземпляр. Её помощник даже пытался впарить нам огромного любвеобильного питона, взамен растения. Уточню. Десятиметрового питона взамен малю-у-у-сенького цветочка. Где логика?! Хотя, окончательно бесполезной тратой времени наш шоп-тур назвать было нельзя, девушка помогла нам советом. Оказывается, при академии была обширная оранжерея, о существовании которой не знал не то, что я, а за два года своего обучения не удосужился разнюхать даже старый Луи. И вот если там нет цветка, то уж простите, люди добрые, нигде нет цветка. Одна проблема: оранжерея была в ведомстве кафедры алхимии, а значит — кому там шариться, а кому скакать по лесам, решал наставник Фольтесс и только он.
И вот его-то мерзкая рожа и стала для меня тем самым пределом, что повергает добрых изначально людей во тьму. Мало того, что зельевар отказался продать растение, мотивируя его решение невероятной ценностью цветка, так ещё и хамить мне в лицо начал прямо при Мелиссе. Ну а поскольку урезонить его было некому до сих пор, то он на полном серьёзе решил, что я за эти десять дней, что не будет Карвиса, перепишу все старинные трактаты, какие успею, на новую бумагу, отрабатывая все грехи за оба года учёбы предыдущего Луи. Ну тут уж я не удержался. У меня вообще-то стройка в самом разгаре, а он мне тут подвиг срывает! В течение следующих пяти минут охреневший учёный муж, схваченный за грудки, выслушивал всё, что я думаю о современных методах образования в целом и одном конкретном преподавателе в частности, а уходил, громко хлопнув дверью, оставив того хвататься за сердце и визжать что-то об исключении.