— Так брод есть в паре верст отсюда, — ответил сотник.
— Ну, я что-то такое и думал. А брод, я так понимаю, с той стороны уже охраняют?
— Так не знаем мы… — замялся один и, видя это, второй произнёс.
— Мы думали к ним присоединиться. Но сейчас думаем, что лучше это они к нам должны вернуться.
Я нахмурился. Слышать это было крайне неприятно, но увы… такова жизнь. И сейчас мне было не до воспитательных речей. Ко мне пришли за помощью, и отворачиваться от сотников я не мог.
Я положил второму руку на плечо.
— Ждите здесь.
Найдя Алексея Шуйского в шатре, я быстро обрисовал ситуацию.
— Алексей, это наш шанс. Если вернём этих, за ними потянутся другие. Нужно показать, что слово княгини-закон.
— Как это сделать? — Шуйский потёр переносицу.
Я ненадолго задумался, тогда как к нам подошёл митрополит.
— Я слышал, о чём вы говорили. И предлагаю следующее. — Убедившись, что мы его внимательно слушаем, он продолжил. — Мы спустим на воду лодку. И пусть один из попов… нет, лучше поп и дьяк с грамотой, выплывут на середину реки. И кричат. Пусть орут во всю глотку условия прощения. Чтобы каждый на том берегу слышал. Про анафему, про смерть и про прощение.
Шуйский хмыкнул, оценив идею.
— Да, владыко, не думал, что ты и в ратных делах разумеешь.
— Поживи с моё, сын мой. И сам себе удивишься, на что молитва Господу нашему способна, но лучше помогает… вера в него.
Не теряя времени, мы приступили к организации нашего плана.
Как оказалось, в совершенно другой стороне от брода, в нескольких верстах, находилось два лучника. Один на нашей стороне, другой со стороны неприятеля. И они привязывали к стрелам послания и слали друг другу. Так мы смогли спланировать дальнейшие действия.
Мы нашли пару рыбацких плоскодонок. Я посадил туда горластого дьячка с зычным голосом, рядом с ним попа на вёслах.
Лодка вышла на середину реки. И дьячок зачитал указ. С того берега сначала молчали. Но потом показались князья Углицкий и Волоцкий, которые быстро поняли, чем дело пахнет. И, вроде бы Углицкий, выхватил лук у ближайшего воина и пустил стрелу. Хорошо, что промазал.
В ту же секунду воины с нашего берега схватили за верёвку, что была привязана к лодке, и потянули её обратно. И пока лодка не оказалась на берегу, дьячок во всё горло повторял слова, записанные на грамоте.
Что же до брода, то почти двести дружинников переправились на наш берег в том месте, где и говорили сотники. Там их встречал Ярослав с полутысячей. Прошло всё без проблем, разве что вначале всех разоружили, после чего их распределили по десяткам в другие полки. Сделано это было на тот случай, если это обман, чтобы они не смогли организованно ударить нам в спину.
Наступила ночь, но спать совершенно не хотелось. Ещё на закате Великая княгиня, вместе с князем Бледным, отправилась в Кремль. С чужого берега больше никто не перешёл на нашу сторону. И что там творилось мы не знали. Но, судя по всему, Углицкому и Волоцкому удалось сохранить целостность войска, хотя я очень рассчитывал на иной исход.
Провалявшись около получаса, я пошёл прогуляться, а за одно проверить посты.