— Давай, моя золотая. И так палуба ходит, не хватало ещё, чтоб и ты дëргалась, — док настойчиво сунул ему фляжку со спиртным.
Ки приподнял вуаль и сделал вид, что пригубил.
— Э, нет, допивай! Что ж я тебя, по живому шить должен?! Ты вон какая крепкая, глоточком никак не обойтись.
Ки взболтал фляжку, прикидывая объëм. Чуть больше половины. Он что, решил всех пассажиров у себя тут заштабелировать? Чтоб и в сохранности были, и у экипажа под ногами не путались? Почему все вокруг строили какие-то хитроумные планы, и только Ки не хватало фантазии, чтобы хоть раз выйти сухим из воды?
На восьмом глотке Ки поперхнулся и закашлялся. Ром оказался чистым, проложил огненную дорожку к пустому желудку и пыхнул обратно. Док заботливо похлопал его по спине, с наслаждением ведя носом. Ки попытался вернуть фляжку, но старый пропойца вообще не признавал трезвых за пациентов.
— Да не жмись ты. Всего ничего осталось.
Жар уже подступал к затылку. Суставы сделались мягкими и сами изгибались под ритм волны, будто тело изнутри залили студнем. Ки хотел как можно скорее подняться на палубу и лично оценить, в какую задницу он их всех загнал. Узнать, что будет делать капитан, если стихия развернётся на полную катушку, есть ли шанс удрать и как долго они смогут продержаться. Он приложился к горлышку и под жадным взглядом дока залпом допил. Демонстративно перевернул флягу, стряхивая последнюю тёмную каплю, а врач довольно крякнул и на секунду замлел, словно это по его пищеводу разливался обжигающий бальзам.
Ки не думал, как док управится с иглой, когда корабль так бешено мотает. Вместо этого он размышлял о Марийке: не потому ли она такая бойкая, что ежедневно посещает лазарет? Боль в руке сменилась раздражающим зудом. Док привязал себя кушаком к шпангоуту и теперь тихо матерился, пытаясь попасть нитью в ушко.
Девица в парусине сладко всхрапнула. Лекарская методика вдруг показалась Ки гениальной и вообще единственно правильной. Только коек было всего четыре, а ему требовалось обезвредить пять девушек. Хотя Софию можно оставить и в собственной каюте. Принцесса всё-таки. Подносить новые порции рома он и сам сможет, а заодно проследит, чтобы её ручонки больше не шарили по чужим блондинистым затылкам.
— Вот и всё, девонька, до свадьбы заживëт. Давай, может, ещё грамульку? Для настроения.
Откуда он достал бутылку, Ки не заметил. И теперь явно собирался показать ещё один фокус — в условиях качки перелить пойло во фляжку. Действительно, опытный врач.
Ки понимал, что пить ему больше не стоит. Но для исполнения его первого в жизни хитроумного плана нужен был ром. Для начала хотя бы эта бутылка. Перевязанная рука могла соскользнуть, поэтому он помог себе левой. Док уже приступил к вскрытию, и в итоге пробка осталась у него в зубах.
— Разольëшь же, мать твою растак! — с искренним сопереживанием разразился доктор.
Ки отвёл руку, не давая ему выхватить бутылку. На пальцы плеснуло, и мужик с болью в глазах бросился отвязывать кушак, мешающий дотянуться. Ки сообразил, что так он стратегически важный ресурс и правда не донесёт, нужна пробка. А для этого ему придётся побить врача, который только что его подлатал. Как-то не по-людски. Пальцы снова облило, и в голове засияла логичная мысль — если немного отпить, то жидкость перестанет выхлëстывать за край.