Мы отдали ему доски, за которые он рассчитался в полной мере, не торгуясь и не скупясь. Мужики сложили всё аккуратно на телеги, перевязали верёвками, чтобы в дороге не растерять.
Затем погрузили ещё один товар — стекло в ящиках, листовое, бережно упакованное в солому.
— Вот, как обещал, — сказал я, показывая на ящики. — Стекло, чистейшее.
Игорь Савельевич кивнул, довольный сделкой. Я же сказал Фоме:
— Готовься, поедешь вместе с Игорем Савельевичем.
Фома понимающе кивнул.
Мы поставили на телеги к купцу два ящика с бутылками, тоже подготовленные к дороге так, чтоб не побились. А ещё я отдал Фоме особый товар — набор из шести чашек и шести блюдец из фарфора.
— Если получится, продай как один комплект, — наказал я ему. — Человеку, который достойно оценит.
Тот почесал бороду, прищурился:
— А ежели будет ажиотаж, как в прошлый раз? Помните, чуть до драки не дошло?
Я усмехнулся, вспоминая тот случай.
— Ну, коли так, то до драки не доводи, — рассудительно ответил я. — Разбей его на два, по три чашки и блюдца, или на три, по две. В общем, сам разбирайся, тебе виднее. Главное, чтобы цена была достойная, и чтобы в хорошие руки попал товар.
— Не сомневайтесь, Егор Андреевич, — заверил меня Фома.
Игорь Савельевич, пока Фома собирался, отозвал меня в сторонку.
— Егор Андреевич, — купец понизил голос, поглаживая свою пышную бороду, — хотел спросить: хороший ли инструмент медицинский, что я достал? Сгодился ли?
Я кивнул, благодарно похлопав его по плечу:
— Дa, хороший, Игорь Савельевич. И как раз вовремя он нашёлся, за что отдельная благодарность тебе.
Глаза купца заблестели от любопытства. Он огляделся по сторонам, словно проверяя, не подслушивает ли кто, и спросил тише:
— А для каких таких целей понадобился этот инструмент? — вопрос был задан ненавязчиво, но было видно, что тому интересно.
Я задумался на мгновение. Рассказывать о том, как мы оперировали Петьку, не хотелось — лишние разговоры ни к чему. Как раз в этот момент мимо крыльца проходил Ричард.
Я кивнул на англичанина:
— Это ему нужно, он у нас лекарь. Так пусть занимается.
Не стал вдаваться в подробности и рассказывать, что инструментом уже попользовались в полной мере.
Купец проводил Ричарда взглядом, в котором читалось некоторое недоверие к иноземцу, но расспрашивать дальше не стал, удовлетворённо кивнул, принимая мой ответ. Некоторое время он стоял молча, словно что-то обдумывая, покачиваясь с пятки на носок. Потом вдруг встрепенулся:
— Лекарь, значит, — задумчиво протянул он. — Оно и видно — руки у него не как у мужика нашего, белые да ухоженные.
Я задумался на мгновение, а потом, решил заказать ему работу для кузнеца. Быстренько взял лист бумаги и начертил на нём схему примитивной буржуйки.
— Смотри, — говорил я, вычерчивая детали. Нарисовал именно корпус её, подумав, что трубу выведем из глины, чтобы кузнец не заморачивался, а вот сам корпус, чтобы сделал из толстых листов железа, спаяв или склепав их между собой так, чтобы было герметично.
— Вот тут, — я указал на верхнюю часть чертежа, — нужно сделать прорези для того, чтобы можно было на ней готовить.