– Нет, это так. Он все разрушит, Анаис.
Дез будто убежден в этом, и я не знаю, как переубедить его. Опустив взгляд на его грудь, я думаю, но мой разум приходит в ступор.
– Ты должна забыть меня…
– Чего? – Я мигом поднимаю голову. О чем он, черт возьми, говорит?
Глаза Деза наполнены болью. Я протягиваю к нему руку, прикасаясь к его подбородку.
– Я не буду тебя забывать. Ни сейчас, ни когда-либо еще, Дез. Я люблю тебя, – смахивая слезу, шепчу я.
Еще одна тут же капает на мою щеку, и на этот раз поток слез, кажется, вот-вот прорвет невидимую преграду.
– Черт! Я тоже тебя люблю, – шепчет Дез, обхватив ладонями мое лицо. – Я хотел бы быть другим. Нормальным парнем, без грязного прошлого, но я не таков, и это… проклятье, сводит меня с ума! Не знаю, как избавить нас от этой ситуации.
– Не важно. Мне не важно, – прикасаясь к его губам, умоляю я, чтобы положить конец этому мучению.
Дез качает головой, а потом целует меня так, словно это наш последний поцелуй, но по какой-то странной причине между нами мало-помалу вспыхивает искорка надежды, пока его язык переплетается с моим.
– Обещай, что мы будем осторожны, – наконец говорит Дез. – Обещай, что будешь делать то, что я тебе говорю, не задавая лишних вопросов. Даже если мое поведение будет казаться тебе слишком странным.
Захваченная бескрайней радостью, я лишь молча киваю в ответ.
Я даже не осознаю, насколько сильно была близка к тому, чтобы его потерять.
– Анаис, ты должна пообещать. Я хочу, чтобы этот тип оставил нас в покое, хочу, чтобы он держался подальше от тебя, и этого я желаю еще сильнее, чем того, чтобы он оставил в покое меня. Малышка, ты должна мне помочь. Мне нужно придумать способ, как избавиться от него, не замарав об него свои руки, иначе придется распрощаться навсегда и с тобой, и с футболом, и с нашим будущим. Ты понимаешь это? Мне нужно сохранять трезвость, но я не смогу, если буду постоянно беспокоиться за тебя. Я ведь прибью его, если он хоть пальцем тебя тронет.
– Все, что ты попросишь, – перебиваю я, – Дез, я все поняла. Теперь я на самом деле все понимаю. И я с тобой. Я хочу выбраться из этой скверной истории. Хочу, чтобы мы вернули нам нашу жизнь.
– Мне нужно поговорить с Вайолет.
– Ты ничего от нее не добьешься, – замечаю я.
Я рассказываю Дезу о моих недавних встречах с Вайолет и о том, насколько сильно, как мне показалось, ее поведение шло в разрез с ее же словами.
– Думаю, он ею манипулирует. Вайолет понимает: то, что она делает – это неправильно, но не может ему отказать.
Дез согласно кивает, словно он в этом полностью уверен.
– Вот ублюдок! – рычит он.
– Даже если Вайолет и жертва, она все равно на его стороне, и нам не следует об этом забывать.
– Все равно мне надо с ней поговорить, – настаивает Дез.
– Не думаешь, что если ты перестанешь обращать на него внимание, ему рано или поздно все это надоест и он просто оставит тебя в покое?
Чувствую себя наивной дурой, представляя такое развитие событий, но как же сильно мне хочется, чтобы Дез согласился и кивнул. Чтобы мои слова показались ему хоть чуточку вероятными, и тогда, возможно, они не выглядели так жалко.