Мое вожделение достигает апогея и мне приходится сдерживаться, чтобы не наброситься на Анаис.
– Не представлю, как можно любить тебя еще сильнее, чем сейчас?
Один вдох, второй, третий…
– Мне нужно тебя слышать, Анаис. Я хочу ласкать тебя. Я уже давно этого не делал.
В ночной темноте я вижу, как на ее ресницах блеснули слезы.
– Согласна, – шепчет Анаис.
Пока я растягиваюсь на постели, прижимая Анаис к себе, она двигается в моих объятиях и ищет мои губы.
Один вдох, второй…
Я поддаюсь этому соблазну; в конце концов мои намерения дали слабину еще до того, как ее язык коснулся моего; еще раньше, чем ее стоны наполнили мой рот, словно она не способна удержаться от моего прикосновения.
Вдыхая ее аромат, я скольжу губами от ее уха к горлу, а затем обратно, потому что этого мне мало. Пальцами я ласкаю ее грудь, а затем опускаю свою руку вниз, добираясь до ее промежности, и там обретаю рай.
Я раззадориваю ее. Мне хотелось бы сразу же войти в нее и дать нам обоим долгожданное наслаждение, но больше всего остального сейчас я хочу следовать ее желаниям, хочу, чтобы Анаис снова обрела того парня, которым я когда-то был. Скалу. Убежище. Хочу, чтобы она молила меня и заставила вновь почувствовать себя важным. Единственным.
– Я хотел лишь немного тебя побаловать, – дразнюсь я, но уже не могу остановиться, даже если бы она меня об этом попросила.
Мои ласки становятся все настойчивее, а дыхание Анаис сбивчивым.
– Оставь эти поглаживания. Я хочу по-настоящему, Дез. Прошу тебя, не останавливайся.
Ее тело становится горячим в моих объятиях, и я чувствую, как меня самого охватывает пламя. Анаис двигает бедрами навстречу моей руке и издает такой сильный стон, что мне приходится закрыть ей рот другой ладонью.
Анаис широко раскрывает глаза и дрожит. Она уже близка к экстазу, и я не собираюсь останавливаться. Анаис сжимает бедрами мои пальцы, отчего я возбуждаюсь так, будто мы достигаем оргазма вместе.
Сердце бешено колотится в груди, эхом отдаваясь в ушах и костях и сбивая мое дыхание. Я делаю глубокие вдохи и замедляю свои движения, а затем раздеваюсь и наконец-то проникаю в Анаис, позволяя ей принять меня и выжимая удовольствие до последней капли, пока почти не теряю сознание, когда оргазм уносит меня в космос и от бесконечного экстаза у меня темнеет перед глазами.
После мы растягиваемся на постели, потные, с прерывистым дыханием. Я закрываю глаза и наслаждаюсь этим чудесным мгновением.
– Завтра я приду на ужин и поговорю с твоими родителями.
Я чувствую, как Анаис вздрагивает. Ее голова лежит на моей груди, и я вижу, как ее лицо растягивается в ленивой улыбке:
– После всего, что произошло, в этом нет никакой нужды.
Я приподнимаюсь и гляжу ей в глаза:
– Посреди всего произошедшего ты всегда была на первом месте. Люблю тебя, Нектаринка.
– Очень сильно, – отзывается она эхом, и на этот раз я улыбаюсь как идиот.
– Через пару часов твои родители узнают о нас и о том, что ты для меня все и что я не собираюсь тебя отдавать, Анаис Керпер.
– Должна сказать, что это звучит немного по-сталкерски.