А все потому, что в моем духовном мире у него было все, что нужно для его существования: моя халявная внутренняя энергия; иногда поглощаемая из окружающей среды и ядер внешняя; защита, опека и полное обеспечение. Еще на уровне Ци, своим растительным прото-сознанием Сёма понял все преимущества такого образа жизни. Регулярно не поставляй он мне очищенную и переработанную энергию тьмы, и я бы обязательно задумался либо о его выселении, либо о повышении ренты для мелкого паразита. Я ж не его мамочка, чтоб безвозмездно и бескорыстно выращивать его в не пойми что?
А тут, смотрите-ка, вылетел сам, без зова, без требований. Как и меня — что-то в этом надгробии его настораживало. Что-то, что он почувствовал на том уровне, к которому я лишь интуитивно мог прикоснуться.
И конечно же я теперь решил перестраховаться. Но а как иначе?
…Сотворил три слоя льда, но не простого — усиленного, спрессованного до алмазной твердости. И обернул надгробие в этот ледяной кокон. Первый слой — лед физический, толстый, способный выдержать удар тарана. Второй — лед энергетический, подвижный, блокирующий любые эманации. Третий — лед иллюзорный, на основе все той же ледяной энергии, скрывающий сам факт существования предмета внутри. Если какое-либо скрытое чуждое намерение, негативная духовная структура или магия внутри надгробия решит чего учудить — ей придется пробиваться сразу сквозь три барьера. А я это почувствую еще на самом первом, тонком уровне.
Убрал ледяной кокон обратно в кулон и выдохнул. Сделал все, что мог. Не закидывать же мне этот загадочный предмет в стратосферу только потому, что от него иногда исходит тепленьким, будто кто-то ссыт там своим ци? Я, конечно, в чем-то параноик, но не трусишка и скорее переживал за сохранность вещичек в своем пространственном хранилище и за само хранилище. Не хотелось бы, чтобы в один момент все мои прижизненные и культивационные накопления канули в Лету из-за сраного теплового всплеска…
Теперь можно расслабиться. Хотя бы в какой-то степени…
— Что это было? — раздался сонный голосок.
Альфина очнулась из блаженного забытья. Приподнялась на локте, и ее мягкая упругая грудь качнулась, невольно притягивая взгляд. Сиреневые вишенки все еще мерцали остаточной энергией. Призрачная дева смотрела на меня с легким любопытством напополам с негой в глазах. От ее вида у меня кое-что зашевелилось внизу. Да тут бы и мертвец зашевелился.
— Да так, — ответил я, замораживая кулон в ледяной шарик, который мог контролировать по своему усмотрению на довольно большом расстоянии; вот это я понимаю, двойная защита, и внутри, и снаружи. — Одна старая вещица, не дающая мне покоя… Не бери в голову.
— Ну уж нет, — она потянулась, как кошка, и ее рука скользнула по моему животу вниз, приставив палец на манер пистолета к моему «младшему братишке». — Ты меня разбудил. Ответь за содеянное. Покайся за этот проступок. Прими ответственность.
— Предлагаю покаяться уже проверенным способом, — я перехватил ее ладонь и притянул к себе.
— Каким же?
— Второй раунд…
Ее глаза сверкнули.