Она парила над городом в центре ветряного вихря, и вокруг нее формировались мощные воздушные лезвия — десятки, нет, сотни тончайших сабель из сжатого воздуха. Они срывались с ее рук и летели в ряды арахнидов, разрезая хитин, как бумагу.
«Воздушный шторм… Неплохо!», — мысленно окрестил я эту технику и похвалил. А когда особо крупная и хитрая пешая особь забралась на многоэтажку и, щелкая челюстями, попыталась достать девушку со спины почти сверхзвуковым прыжком, Вайю завела руку за спину и уплотнила воздушную стену на середине прыжка — с мерзким чавкающим звуком тварь разбилась о воздушную стену, как о бетон.
Вскоре на Вайю обратили внимание находящиеся на другой стороне поля боя два арахнида первой ступени Духа. В обычных обстоятельствах их тоже можно было назвать «генералами», но в текущем бою они, я считаю, до такого звания не дотягивали. Ступая по воздуху, они со скоростью разгоняющегося самолета направились к Вайю. Ей пришлось сконцентрировать большую часть своего внимания именно на них…
Краем глаза я также заметил, как ожили военные и кланы. Контратака пошла по всему городскому фронту. Практики — кто с мечами и другим колюще-рубяще-дробящим оружием, кто с голыми руками, усиленными собственной уплотненной энергией ци, — рванули вперед, прикрываемые воздушной поддержкой Вайю и второй линией практиков, ведущих заградительный огонь из дистанционных техник и старых добрых пулеметов. Гранаты к этому моменту, наверное, уже все закончились…
Уцелевшие в этом аду танки двинулись, давя мелких арахнидов гусеницами. Крупнокалиберные абразуры на бронетранспортерах захлебывались огнем. Бойцы кланов и КПО дрались отчаянно, чувствуя, что теперь были способны переломить исход всего боя.
Второй генерал арахнидов, что ранее издалека лениво плевался кислотыми сгустками, наконец обратил внимание, что на поле боя начало происходить «что-то не то». Но вместо Вайю, которая всеми силами пыталась заманить его высоко на свою «ураганную» территорию, он отчего-то развернулся ко мне и, отталкиваясь прямо от воздуха, в пару прыжков оказался неподалеку от первого генерала арахнидов, который продолжал бесноваться и верещать в моем тумане.
Это что же получается: решил прикрыть или даже спасти своего раненого брата, товарища? Или подумал на два хода вперед и понял, что следующий в очереди будет он? Вот уж ни за что бы до боя не подумал, что этим тварям присущ «настолько» развитый эмоциональный или аналитический интеллект… Выяснять, какой именно, я конечно же в данный момент не собирался.
Таким образом я оказался меж двух огней. Между двумя тварями, которые выше меня на целый ранг. Положение — хуже некуда. Раненый генерал-богомол, с треснувшим боком, заходил слева, перестав методом тыка в тумане избавляться от моих иллюзорных клонов, которых я между прочим уже не успевал воспроизводить… Если бы это было так просто! — на каждого тратилось ощутимое количество ментальной и ледяной энергии…
Кислотный генерал-плевун заходил справа. Он-то и наверняка, постоянно щелкая челюстями, подсказывал первому, где нахожусь «реальный» я. Оба готовились атаковать одновременно.