Еще бы макияжем подчеркнуть, герцогиня была не накрашена, оно и не удивительно, макияж для побега был необязательным.
Надо будет попозже посмотреть, что у меня за косметика на столике.
И расчесать волосы. Светлые и блестящие.
Но это после всего. Обыска и отдыха. Повезло, что для побега Кайра выбрала удобный наряд. Никаких тебе душивших корсетов, платье — удобное, свободного кроя, лишь рукава всё время ускользали вниз, мешая движениям.
Пока поправляла платье, заметила нечто необычное: чуть выше сердца на коже будто выжжена татуировка — алое сердце, пронзённое кинжалом. Я застыла, разглядывая рисунок. Вряд ли такие татуировки здесь вошли в моду — а уж среди высокородных дам тем более. Судя по здешним фасонам, подобная отметка не остаётся незамеченной, если надеть что-то с открытыми плечами или корсет.
Что это? Тайный знак? Принадлежность к чему-то? Кто сделал — и зачем?
Вопрос явно стоило адресовать супругу: он уж точно должен знать. Он видел это во время близости… Значит, для него символ не новость. А для меня — загадка, которую придётся разгадать.
Тут меня тронула совсем другая мысль. Я, по сути, «выдана замуж» за некроманта. Он, наверное, рассчитывает на супружеский долг. Пока я могу прикрываться своим состоянием… хотя факт, что жена так пыталась сбежать, — весьма настораживает.
Не в некромантии же дело.
Впрочем, у меня был похожий опыт — мужчины тоже странно реагировали, когда узнавали, что я работаю в морге. Кто-то сразу терял интерес, кто-то проявлял нездоровое жутковатое любопытство.
Мои мысли прервала удача: на столике оказалась шкатулка с письмами.
Я запустила руку внутрь, перебирая конверты.
Первое письмо начиналось словами: «Дочь моя…».
Глава 3
Я дочитала письмо до конца и, не выдержав накрывшей волны эмоций, буквально рухнула на кровать. Впервые за этот день мне по-настоящему захотелось выругаться — грязно, зло, так, как явно не подобает настоящей герцогине. Едва сдержалась.
Письмо было от графини, матери Кайры. И, кажется, единственной целью её жизни теперь стало то, чтобы я — точнее, её дочь — срочно забеременела, причём непременно мальчиком. Иначе — разрыв брака.
Больше того, если мне не удастся удержать эту позицию в семье герцога, то граф может развестись с её матерью, и тогда та лишится всего: титула, богатства и светской жизни. Не сможет ухаживать за собой и следовать моде. В письме это описывалось как апокалипсис, беда, которую нужно предотвратить любой ценой.
Мне настойчиво напоминали о последствиях: если брак с герцогом распадётся, меня лишат титула виконтессы, не оставят ни крыши над головой, ни жалкой монетки. Никто не поможет, негде будет искать поддержки. И я окажусь в этом сама виновата, погубив жизнь своей родительницы, на которой граф женился лишь для того, чтобы признать меня своей дочерью.
Такое себе материнское участие… Сплошное давление.
Я невольно скрипнула зубами.
А ничего, спрашивается, что для наступления беременности женщине нужно хоть немного покоя, чувство защищённости и нормальное психологическое состояние? Сколько исследований доказывают, что стресс и тревога — первая причина трудностей с зачатием…