— Да, госпожа.
Я пошла к гостям.
Еще несколько часов я улыбалась, разговаривала и решала мелкие проблемы.
Никто не узнал от меня, что мой брак закончился в кабинете за стеной.
Каэль появился ближе к девяти.
Один.
Мы встретились взглядами через зал.
Он не подошел.
Я была благодарна.
После полуночи последние экипажи покинули двор.
Весс принес итоговую ведомость.
— Все прошло хорошо.
— Да.
— Вы очень устали.
— Да.
Он помедлил.
— Завтра начать подготовку к приезду восточной делегации?
Я посмотрела на него.
В обычный день я бы открыла расписание.
Уточнила комнаты.
Спросила количество людей.
Проверила меню.
Сегодня ответила:
— Спросите герцога.
Весс застыл.
— Простите?
— С завтрашнего дня вопросами дома занимается Каэль или тот, кого он назначит.
Он смотрел на меня достаточно долго, чтобы понять: речь не о выходном.
— Госпожа…
— Весс.
Я улыбнулась.
Устало.
— Мне нужно собрать вещи.
Он ничего не спросил.
Только кивнул.
— Приказать подготовить экипаж?
Я почти автоматически хотела отказаться.
Не беспокоить.
Не создавать работу ночью.
Потом остановилась.
Мне нужен был экипаж.
Можно было просто попросить.
— Да. Через час.
— Хорошо.
Я поднялась по лестнице в свои комнаты.
Впервые за семь лет не проверила, погасили ли свет в западной галерее.
Не спросила, убрали ли серебро.
Не убедилась, что защитные пластины перешли на ночной режим.
Не заглянула на кухню.
Я просто закрыла за собой дверь.
И начала собирать вещи.
ГЛАВА 1. Развод не освобождает
Утром я проснулась в комнате, которая пахла закрытым домом.
Пылью, старым деревом и холодной тканью.
Норвенский городской дом в Саэре действительно почти не использовали последние годы. После смерти отца сюда приезжали только управляющий и два слуги, следившие, чтобы здание не пришло в полную негодность. Я помнила комнаты детства меньше, чем ожидала. Семь лет оказалось достаточно, чтобы чужой дом стал привычнее собственного.
Я лежала под тяжелым одеялом и несколько секунд не понимала, почему потолок такой низкий.
Потом вспомнила.
Прием.
Селена.
Каэль.
Брачный браслет на его столе.
Экипаж ночью.
Два чемодана, которые я собирала почти механически.
Я закрыла глаза.
Боль никуда не исчезла.
Странно было бы ожидать другого.
За одну ночь невозможно перестать любить семь лет жизни только потому, что выяснилось: человек рядом давно живет по другим правилам.
Я не знала, люблю ли еще Каэля.
Вчера этот вопрос вообще не возникал.
У меня был муж.
Сегодня был мужчина, который четыре месяца изменял мне и считал разумным оставить меня женой ради дома.
На тумбе лежала записка.
Я узнала почерк управляющего Норвенов.
«Госпожа Лиара, нотариальная палата принимает заявления о расторжении брака с девяти. Экипаж будет готов по вашему распоряжению. Завтрак подадут в малой столовой».
Я села.
Голова сразу отозвалась тупой болью в затылке.
Ничего нового.
Последние два года она появлялась почти каждое утро.
Лекарь советовал больше спать.
Я спала.
Иногда даже восемь часов.
Не помогало.
Сегодня причина была очевидной: почти бессонная ночь, стресс, поздняя дорога.