Она бы спала. А я бы присматривал за ними…
Бред какой-то. Фантазии маньяка какого-то.
Поток моих неадекватных мыслей прерывает вибрация телефона.
Стас звонит. Может новости какие есть.
Беру трубку:
— Ты все не спишь? — усмехаюсь.
— Какой сон? У меня ночная смена, — отмахивается он. — Как ты там? Справился или так и моришь ребенка голодом?
— Справились, — поглаживаю малюсенькую спинку пальцами. — Артур подсказал. Теперь кушает, маленький.
— Да, мы с ним уже обсудили твое пополнение в семье, — смеется Стас. — Правда он решил, что это твой сын.
— Мне просто некогда ему было объяснять, — отмахиваюсь.
— Брат, — голос Стаса непривычно серьезный, — а может тебе просто некогда было подумать?
— О чем?
— Ну если это та самая Вася, о которой ты нам рассказывал…
— Я же сказал тебе не заикаться об этом! — рычу зло. — Это моя ошибка была. И еще большая ошибка, что я вам идиотам в этом покаялся по пьяне!
— Да погоди ты, Рус. Не кипятись. Я только спросить хочу, — тормозит меня он: — почему ты не допускаешь мысли, что ваша с ней ночь могла принести плоды?
Туплю по страшному, будто переставая понимать русский язык:
— Че сказал? — хриплю я.
— Я говорю, сын ведь может быть не Савы, а твой…
Глава 13. Руслан прозрел)
У меня будто разрывная в голове взрывается от его слов.
Будто он озвучил очень опасные мысли, которые я себе даже позволить не мог.
Потому что боялся в них поверить…
— Ты че несешь? — выдавливаю я, а взгляд в панике мечется от малыша к спящей Васе.
— Ну сам подумай, Рус, — будто сквозь вату голос Стаса слышу. — Ты же с ней спал перед их разводом. Значит и по срокам совпадает. Почему не допускаешь мысли, что это твой ребенок?
— П-потому что… — я аж заикаюсь от ахуя в котором сейчас пребываю, — потому что… — пытаюсь сам понять, почему ни на секунду не решил, что малой от меня?
Мы ведь не предохранялись. Значит шансы есть?
Но разве она бы мне не рассказала?
Блядь. Если она своему мужу не рассказала, что беременна, то с чего бы мне стала?
Пиздец. Точно. Она ведь беременная была, когда мы спали!
— Вот ты мне голову задурил, как цыган! — рычу в трубку. — Не может он от меня быть, идиот! Она ведь уже была от Савы беременна, когда мы переспали.
Чувствую, как во мне ярость неуместная поднимается. Из-за ебаной ложной надежды. С тем как она тает приходит физически ощутимая боль и пустота. И от того злость…
— Так что не мой, — хриплю, не отнимая своей руки от чужого ребенка.
Он теплый такой. Мне его отпускать не хочется совсем.
Ком в горле мешает продолжать говорить и крыть хуями этого друга недоделанного.
Кажется я сейчас испытал такую окрыляющую эйфорию. А потом будто меня подбили и я чувствую, как вниз лечу.
В такую бездну глубокую, что лучше бы и не допускал этих фантазий убивающих.
Всего одна ночь. У меня был один шанс. И если бы мой брат снова не опередил меня, то это сейчас был бы мой малыш…
— Рус, а ты прям на сто процентов уверен, что она была уже беременна? — не унимается гад.
— Ну конечно, — раздражаюсь я. — Ее же тошнило.
— Это и все? — усмехается почему-то.