Ловлю вдруг на себе его задумчивый взгляд. И напрягаюсь:
— Ч-чего смотришь? — фыркаю, вполне естественно ожидая от него какой-то гадости.
Однако Руслан едва заметно улыбается и вдруг выдает:
— Красивая, вот и смотрю, — пожимает плечами, будто сказал нечто будничное и само собой разумеющееся.
У меня от неожиданности даже рот открывается. Однако выдавить хоть слово в ответ я не могу. Дар речи потерян. Даже пошевелиться не нахожу сил.
А Руслан неторопливо подходит ближе:
— Интересное наблюдение, хочешь? — он останавливает в полушаге от меня.
Не могу справиться с любопытством, поэтому киваю.
Он вдруг протягивает руку и, будто в этом есть острая необходимость, откидывает локон волос с моего плеча, едва ощутимо касаясь меня кончиками пальцев:
— Ты охуенно смотришься в моем доме. Как-то непривычно уютно что ли. Будто создана для него.
Чувствую в его словах двойной подтекст. Хотя с Русланом так всегда — общение с ним держит в тонусе.
— Я тебе что, мебель? — возмущаюсь.
— Нет, Вась, — хрипит он. — Если хочешь сравнения, то я бы скорее сказал, что ты кошка. Вернее даже котенок. Такой маленький и милый. Который ждет дома, и мурлыкает, если его немножко приласкать.
У меня от смущения и возмущения аж дыхание спирает. Это кто тут ему котенок милый? И кого он ласкать собрался?
— Смотри, чтобы тебе котенок глаза не повыцарапывал, — шиплю ему в лицо. — Особенно если еще хоть раз посмеешь лезть ласкаться.
— Ох, Вась, — он как-то снисходительно усмехается, а его взгляд спадает к моим губам. — Мне так нравится, когда ты зубки показываешь. Но может уже хватит обороняться? Я ведь сейчас не нападаю.
Теряюсь от его слов.
В смысле? Разве не нападает?
По-моему очень даже. Сказал, что я как мебель его дому подхожу. Уютная и прочие гадости.
Мой взгляд мечется по его широкой груди, пока я пытаюсь понять в чем подвох.
Зачем он сказал мне все эти вещи, если это не очередное противостояние?
Котенок. Василёк. Еще и красивой меня назвал.
Что вообще за дела с этим грубияном? Кто ему дал право так со мной разговаривать?
У меня будто что-то теплое в груди разгорается. Нечто согревающее и совершенно неуместное в данной ситуации.
Поднимаю вопросительный взгляд в глаза Руслану, будто он должен понимать, что со мной происходит.
Это ведь его рук дело? Или слов?
В любом случае этот гад точно должен знать, что со мной случилось.
Он ведь всегда все знает. Он самый умный и потому такой непроходимо высокомерный. А еще заносчивый и…
Что он со мной сделал?
Почему я не могу вспомнить сейчас ни одной причины его ненавидеть?
Глава 26. Василиса
— Проголодалась, Васен? — Руслан будто нарочно тему переводит, тогда когда я меньше всего этого хочу. — Я сейчас ужин приготовлю, как обещал.
— Н-не нужно ничего, — отшатываюсь.
Меня почему-то дико пугает перемена в его настроении. К такому Руслану я совсем не привыкла. Он ведь всегда раньше был холоден со мной. И даже груб.
Так чего сейчас смягчился?
Помнится в прошлый раз это закончилось для нас обоих не очень хорошо.
Ну то есть хорошо… но… блин… вообще не о том думаю!