— Ну… — он потирает затылок, — я только попросил ее не обижать тебя с договором. Просто я когда-то помог ей. И видимо так она решила отплатить мне за помощь.
— Вот я об этом и говорю, — бубню себе под нос, разворачиваюсь и иду по коридору обратно к выходу.
Сейчас покормлю Даню и отправлю их домой. Потом поговорим. А сама пойду разбираться со своими проблемами.
В конце концов раз он нарушает правила, то и мне можно.
— Вась, ну подожди, — Руслан не позволяет мне открыть дверь на выход и осторожно разворачивает меня за локоть к себе. — Я не хотел, чтобы ты расстроилась. Мне правда просто показалось кощунством прятать такую красоту в шкафу.
Он смущает меня. Сам факт того, что он видел белье, которое я создала своими руками. Как и то, что на это самое белье я вдохновилась именно его этим хриплым «Василёк» в нашу первую ночь… это все не позволяет сейчас даже глаза на него поднять.
Так он еще и хвалит меня. Что мол ему понравилось то, что я сделала. И от этого я уже и вовсе не знаю куда себя деть:
— Ты ведь не должен был даже смотреть, что в том шкафу, — ворчу тихо.
— Я не удержался. Ты так рьяно его защищала, что я не мог не заглянуть, — усмехается. — Но оно того стоило. Это потрясающе, Вась. Правда. Просто произведение искусства, — он склоняется чуть ближе. — Кстати те трусики с такими рваными рюшами чем-то напоминают те, что я разорвал на тебе в нашу первую ночь, — его голос становится таким интимно-низким, что у меня мурашки невольно по всему телу разбегаются. — Мне понравилось. Но думаю мне еще больше понравится, если я увижу его на тебе…
— Руслан Алексеич! — взвизгиваю я от смущения, потому что натурально чувствую, что перестаю соображать от его неприкрытых подкатов. — Вы не слишком ли много себе позволяете в общественном месте?
— Василиса! — вздрагиваю вдруг от неприятного женского голоса из глубины коридора.
Черт.
Виолетта, чтоб ее.
Слегка отшатываюсь от Руслана, стараясь сделать вид, что мы не знакомы.
— Кажется это ты себе много позволяешь! — отчитывает она меня через весь коридор. — Как ты разговариваешь с начальством?
Что, простите?
Начальством?
Непонимающе хлопаю глазами, пытаясь понять, кто тут начальство.
А Виолетта оказывается достаточно близко и, клянусь, едва не кланяется моему Руслану:
— Руслан Алексеич, простите за нашу Василису. Она просто по вашей доброте душевной в декрете сидит, в вашей же квартире. И видимо мозги от безделья совсем атрофировались, что она решила со своим благодетелем так разговаривать бестактно..
Глава 52. Руслан
Я буквально всей кожей ощущаю, как Вася закипает внутри, хотя явно старается не подавать виду:
— Так я говорю со своим благодетелем, значит? — переводит на меня взгляд, и каждое слово чеканки, будто бы вежливо.
Она убьет меня. Клянусь.
Я сейчас уже жалею, что отдал ей Даню.
Не то, чтобы я хотел прикрыться младенцем, но пока он у меня я знаю, что моя строптивая колючка никуда не сбежит.
— Я сейчас все объясню, — выдавливаю примитивное, и поднимаю ладони, будто сдаваясь.
— Не много ли чести, Руслан Алексеич, — фыркает языкастая админша, имя которой я даже не припоминаю, — объясняться с официанткой?