– В храме Паршванатха? – спросил писатель.
Риццоли удивлённо на него взглянул.
– Верно. Откуда вы знаете?
Филипп ощутил себя, словно изобретатель, создающий невероятную машину из сложных запчастей. И вот теперь, когда долгие усилия были позади, удивительная конструкция начинала работать.
– Один мой знакомый видел эти записи. Точнее, копию.
– Хм. Ну, возможно. Находка получила широкую огласку, однако, уверен, никто не понял ценности найденного в Индии.
Филипп хотел возразить и сказать, что есть такой человек – его дядя, который точно так же, как и Риццоли, похоже, догадался о значении найденного текста, но сдержал себя.
– Так вот. Обладая большими ресурсами, мне удалось полностью восстановить все записи. Это оказался дневник, точнее, летопись, берущая начало аж в шестом веке до нашей эры и составленная разными людьми, чьим призванием стало хранить тайну о погибшей цивилизации. Из этой летописи я и узнал о шаре и о колоде. Надо заметить, что в тот момент координаты были нанесены не на карты, а на…
– Пластины, – перебил итальянца писатель.
Ещё один удивлённый взгляд Риццоли упал на Филиппа, но на этот раз в нём проскользнуло даже восхищение.
– Браво, мой друг! Вы меня поражаете! Mio Dio35 ! Мне потребовался не один год, чтобы постичь смысл, а вы за несколько дней всё выяснили! Браво! Только это не совсем пластины. В момент, когда координаты начали свой последний путь по миру, это были деревянные таблички. На пластинах они хранились задолго до того. Ну, не столь важно. В общем, все части загадки были у меня в руках, требовалось только их найти, – итальянец сделал паузу. – Ещё в детстве отец показал мне карты и рассказал, что они появились у нашего предка, пережившего чуму в Милане в шестнадцатом веке. Он нашёл их у одного из мародёров, когда занимался очисткой города от больных и умерших. Колода так ему понравилась, что он сохранил её. Мальчишкой я был впечатлён этой историей и часто рассматривал карты. Тогда я обнаружил на них числа и слова, но не придал этому значения. Но потом я о них вспомнил! Даже не знаю, почему мне пришла мысль, будто карты отца могут быть связаны с древними табличками? Не иначе как судьба. Однако получить колоду оказалось не так просто. Отец скончался, а всё его имущество перешло к Марко. Теперь понимаете? – Риццоли выжидающе смотрел на Филиппа, как на давнего приятеля, с которым вёл доверительную беседу.
– Да.
– Для открытия, способного перевернуть всю историю человечества, мне требовалось совсем немного: колода, шар и Фестский диск. Карты ускользнули от меня. Я не успел их забрать у Марко, он их продал, но после долгих бесед с моим верным помощником Сильвио, – Риццоли указал на Шута, стоявшего за спиной Филиппа, – мне удалось узнать, кому этот деревенщина продал Таро. М-да. Ехать в Россию я не планировал. Слишком далеко. Но Сильвио отправился и нашёл там женщину. Кстати, мой помощник отлично говорит на русском, как вы, наверное, заметили. Да? Он из вашей страны, и зовут его не Сильвио, конечно, но мне так удобнее. Когда-то давно я повстречал его в Европе и взял на работу, – итальянец вздохнул. – Так вот. Имя женщины, город и род занятий сообщил Марко, поэтому найти сеньору не составило труда. Но и тут нас ждала неудача. Гадалка продала колоду вам, – Риццоли перевёл взгляд на Макса, который мгновенно побледнел. – Что было дальше, вы знаете.