Филипп вздохнул. Начало приходить стойкое осознание, что их с Максимом история, казавшаяся увлекательным приключением о разгадке тайны кода Таро, уверенно начала превращаться в нечто более серьёзное, даже опасное.
– А в чём дело-то? – поинтересовался блогер, смотря поочерёдно то на писателя, то на Саблина.
– Я тебе потом всё объясню, – пообещал Смирнов.
– Большое спасибо, что приехали, Максим, – следователь встал, давая понять: разговор окончен. – Филипп, задержись на секунду.
– Я подожду внизу, на улице, – сообщил блогер, покидая кабинет.
– Всё подтвердилось?
– Да. И теперь ваша самодеятельность переходит ко мне. Ничего больше не предпринимайте без моего ведома!
– Хорошо.
– Ничего – это значит ничего! – добавил Саблин. – Никаких больше встреч с профессорами, поездок по музеям и так далее. Тебе ясно, Фил? – Саблин улыбнулся.
– Да понял я, понял! – писатель рассмеялся.
– Можно я тоже тебя так буду называть?
– Только попробуй!
– Ладно, – следователь сунул телефон и пачку сигарет в карман, – пошли. У тебя будет десять минут с дядей. Расскажешь потом по итогу.
– Ага.
Выйдя из кабинета, мужчины направились по коридору в допросную, куда уже привели Петра Ивановича, ожидавшего племянника.
Глава 11. Москва. Вторник. 17:05
Максимова открыла дверь в допросную, пропуская Филиппа внутрь.
Писатель поёжился, хотя в помещении было довольно тепло. Холод шёл изнутри, от неприятного ожидания встречи. Уже знакомая обстановка: серые стены, тусклый свет под потолком, стол, два стула. На одном из них сидел Пётр Иванович Смирнов.
Вопреки всему, профессор выглядел на удивление бодро. Ни тени усталости в глазах, ни следа волнения или грусти. Напротив, в его взгляде читалось своего рода любопытство. Он сидел прямо, спина идеально ровная, руки сложены на столе. На нём был его любимый твидовый пиджак, слегка помятый, но всё ещё элегантный.
– Филя! Какая неожиданность! – голос дяди прозвучал ровно и спокойно, словно они встретились дома у Петра Ивановича, а не в допросной полицейского участка. – Пришёл навестить старого дядюшку? Или, может быть, ищешь вдохновение для нового романа?
Филипп сразу не сориентировался, что ответить. Он ожидал увидеть сломленного, возможно, даже раскаявшегося человека, но перед ним сидел всё тот же профессор Смирнов, только в несколько более экстравагантной обстановке.
– Привет, – выдавил из себя писатель, присаживаясь напротив. – Я пришёл узнать про Шар Дьявола, – он откашлялся.
Пётр Иванович усмехнулся, и в его глазах мелькнул озорной огонёк.
– Я смотрю, ты получил мою посылку. Прекрасно!
– Что ты знаешь про этот шар? Зачем он был тебе нужен?
– А разве ты сам его не искал? Если мне не изменяет память, ты говорил о нём по телефону в день моего ареста. Получается, тебе известно, возможно, даже больше, чем мне.
– Речь не обо мне.
– Ты никогда ко мне не прислушивался, Филя. Что-то изменилось?
– Ничего. Но если хочешь продолжать словесную игру, то я, пожалуй, пойду. Не буду тратить твоё драгоценное время. У тебя же, наверное, тут куча дел? – Филипп встал.