Ингельд смешно встряхнул головой, как котенок, собравшийся чихнуть. И даже, кажется, слегка привстал на носочки, чтобы выглядеть более взрослым и бойким.
– А она и задумала плохое! Молчать о своем дне рождения! Маргитт все равно, она злая и, вообще, забыла о нем, папы нет, дядя Мадс прячется, значит, у Рейны не будет подарков?
– Вот как… – протянула Санна, вставая. – Это в корне меняет дело. Так когда у нее день рождения?
– Через две недели!
– Тогда пойдем на кухню? Нужно устроить для твоей сестренки настоящий праздник! А к этому нужно подготовиться, как следует!
– Отличная идея! – просиял Ингельд.
«А еще нам обоим нужно отвлечься от наших мыслей и страха за Хельга, чтобы продержаться до его возвращения, – подумала Санна. – И тем более в этом случае нужно позаботиться о ребенке, его родном сыне, ему еще страшнее, чем мне. Ведь Ингельд не знает всего плана до конца».
Впрочем, Санна план знала. И спокойнее ей от этого не становилось. Даже прирученный волк все равно выглядит грозно. А Санна, вообще, не была уверена, что Роалд стал зверем, который ест с руки.
На кухне царило временное затишье между завтраком и обедом. Одна из служанок расставляла по полкам вымытую посуду, вторая сидела возле кухарки, которая давала ей какие-то указания по поводу хранения специй. При виде Санны все трое отвлеклись от своих занятий, стали перед ней, почтительно склонив голову.
– Вы что-то хотели, леди Лорстен? Может, что-то особенное приготовить? Так я мигом! – улыбнулась кухарка.
– Нет-нет. По крайней мере, не сейчас. Дело в том, что у Рейны скоро день рождения. Я хотела бы к этому дню подготовить все необходимые продукты, чтобы устроить для нее праздничный обед: всякие сладости, может, какой-нибудь большой пирог…
– Она любит яблочный, – раздался за спиной голос Маргитт, холодный и пренебрежительный, имеющий с праздничным тоном столько же общего, сколько огонь со льдом.
Санна сцепила зубы. Разумеется, она не переносила эту змею, которая будто насквозь состояла из подлости и злобы, а раньше еще и срывала на несчастной падчерице весь свой негатив, как сказали бы на Земле. Но ссориться не хотелось. На это попросту не было сил. Так что Санна повернулась с учтивой улыбкой.
– Спасибо, Маргитт, я приму это к сведению.
Ингельд улизнул куда-то в угол, где как раз стояла корзина с яблоками, и теперь выбирал там самое румяное. Оттого еще сильнее возникло ощущение, что воздух сгустился, как перед грозой.
– Забавно получается, – Маргитт поправила косу, зло глядя на Санну. – Я воспитываю эту маленькую лентяйку, приучаю к труду, учу ее уму-разуму, а потом оказываюсь плохая. Зато появилась ты, поулыбалась Хельгу, устроила праздник несчастной сиротке – и все, все тебя обожают?
– Ты не просто учила Рейну домашней работе, – Санна покачала головой. – Ты заставляла ее практически работать наравне с прислугой. Ладно то, что у девочки не оставалось времени на игры. Но Рейна до сих пор не знает ни одной буквы, толком не умеет считать! Ты считаешь это нормальным, Маргитт? Хельг был уверен, что ты занимаешься ее образованием, что достойно заботишься о своей падчерице!