– Давай, приведи меня к своему хозяину, – взволнованно прошептала она.
К удивлению конюха, в ту же минуту конь сорвался с места. Он бросился в лес. Санна увидела на снегу следы копыт. Значит, это был правильный путь!
Хельг лежал на снегу. Неподвижно. Всего за одну секунду у Санны сразу возникло и опроверглось несколько мыслей. Сперва у нее отлегло от сердца, что Хельг дышит, причем, тяжело и заметно. Но потом она поняла, что это просто ветер треплет его плащ, создавая такую иллюзию. Санна ужаснулась, что дыхания нет, но когда подбежала, то увидела, как прядь волос, упавшая через лицо, трепещет на каждом выдохе.
– Хельг! Хельг!
Санна упала коленями в снег, затормошив его за плечо что есть силы. Хельг не отзывался. Его тело перекатывалось грузно и податливо, будто неживое. И только дыхание и пульс успокаивали, что он еще жив. По щекам Санны хлынули слезы. Обжигающе горячие на замерзшем лице, они моментально остыли на холодном ветру, отчего, казалось, превратились в десятки маленьких иголочек. Санна торопливо вытерла мокрые дорожки. Не до этого сейчас! Нужно было действовать!
Санна сдернула с себя теплый плащ, накрывая им Хельга, как одеялом. Она сжала его ладони в своих, силясь отогреть дыханием, хотя это и было бесполезно.
– Сейчас, сейчас, мой любимый, я вытащу тебя отсюда… Ты только держись, – зашептала Санна, прижимаясь поцелуем к костяшкам его пальцев.
Она оглянулась по сторонам. Если дотащить Хельга по снегу до коня было еще хоть как-то реально, то как поднять в седло и достаточно качественно закрепить? Нет, если не привести в чувства, это нереально.
– Хельг! – Санна встряхнула его за плащ на груди, потом в отчаянии залепила пощечину, ведь в фильмах на Земле это обычно работало. – Сюда, на помощь!
Санна взвилась на ноги. Нужно было спасать Хельга как можно скорее! На таком холоде каждая минута могла оказаться фатальной! Еще неизвестно, сколько он так пролежал!
Никто не отозвался. Только заржал тревожно конь, которого Санна предусмотрительно привязала, чтобы не сбежал.
«Я могла бы развести костер? Перед тем, как пойти искать остальных. Но они же где-то рядом, тоже прочесывают лес! Почему они меня не слышат?» – от страха у Санны сердце буквально стучало в ушах.
И тут Хельг застонал. Да так измученно, надрывно, что ей показалось, это она в снег легла. Такой холод по спине пробежал.
– Хельг!
Санна бросилась к нему. Она буквально упала ему на грудь, опрокинув на спину, сжала его лицо в ладонях. Большой палец скользнул по ненавистной «Р», давным-давно выжженной на щеке.
«Реглейв. Сверр Реглейв. Все из-за тебя! – в ярости подумала Санна. – Как у тебя это получается? Сидеть в своем замке, как паук в паутине, и отравлять собой весь Север, всем приносить беды?»
Хельг застонал снова. Он запрокинул голову, не открывая глаз, не приходя в себя. Но на его лице отразилась такая мука, что было больно смотреть. Заломились брови, побелели разомкнувшиеся губы, да и от щек кровь отхлынула так, что казалось, каждый вздох может оказаться последним.
– Хельг, ты слышишь меня? Открой глаза, очнись, пожалуйста, ну же… – умоляла Санна бессвязно.