Ненависть Хельга никуда не делась. Она просто притупилась слегка после лечения. Но поездка к Повелителю Севера стояла между ними, будто стена. Санна понимала: Хельгу будет сложно преодолеть в душе враждебность к ней. Но ей нравился этот суровый мужчина. И она хотела бы попытаться… ради ребенка, которого она носила под сердцем. Ради них с Хельгом.
Сейчас казалось, что у них есть шанс. Ведь Хельг смотрел на Санну так завороженно. Он потянулся к ней, чтобы нежно заправить за ухо прядь ее волос. Эта бережность совсем не вязалась с его рокочущим тоном, как если бы он осторожно держал на огрубевших ладонях доверчивую бабочку, стараясь не коснуться уязвимых крыльев.
И тут дверь в комнату распахнулась. Хельг дернулся, как пойманный на горячем. Ведь обычно никто не смел тревожить его покой в моменты приступов! Ему на уровне инстинктов казалось, что ворвался враг. Впрочем, это было недалеко от истины. В дверном проеме стояла встрепанная Маргит, и ее глаза пылали яростью.
– Как ты посмел, Хельг?! Она же отродье Повелителя! Забыл, что он сделал? Что сделала их семейка? Мой муж, твой кузен, погиб, защищая тебя! Это было зря?!
Глава 5.
Когда Санна читала книги о попаданках, в такой ситуации они должны были краснеть и пугаться. И молчать себе в тряпочку. Она молчать не стала. Она выпрямилась и, прежде чем Хельг успел что-либо сказать, сама пошла в атаку на Маргит.
– Как ты посмела войти сюда без разрешения?! Мало того, что это супружеская спальня! Так еще и Хельг плохо себя чувствует. Он не нуждается в криках посторонней базарной бабы! Ему нужен покой. А я должна продолжить лечение. Выметайся отсюда, пока я сама тебя не выкинула.
Такой отповеди Санна сама от себя не ожидала. Она, конечно, мечтала однажды высказать главврачу у себя на Земле все, что думает про работу сверхурочно, и однажды даже набралась храбрости поговорить с ним. Но… с тем, что было сейчас, ее геройство на Земле не шло ни в какое сравнение!
– Хельг! – возмущенно выкрикнула Маргит. – У этой нахалки голос прорезался! Кажется, она забыла, как бежала от тебя, как от огня! Может, напомнишь ей? Из-за ее отца не только тебя изувечили, пострадала вся семья!
Она подбоченилась, требовательно глядя на Хельга. Ее темные волосы, заплетенные в сложную косу, выглядели немного встрепанными. Карие глаза горели злым огнем. Стройная, с резковатой, но выразительной красотой, Маргит… вполне подходила на ту роль, которую обозначила Санне при первой встрече. Однако Хельг неожиданно громыхнул на обеих:
– Успокойтесь! Еще ваших склок мне сейчас не хватало!
– Так покажи ей ее место, Хельг! Или оно в твоей постели? Ты говорил, что этот брак – пустая формальность! Чтобы прикрыть позор, что она воловодилась с чужим мужем! Ты твердил, что она никто, пустое место! И что теперь?
– На себя посмотри, Маргит! – выпалила Санна. – Ты с падчерицей управиться не можешь! Стыд и позор – выглядит, как служанка, ходит в обносках, недоедает и боится взрослых, как огня. Кажется, Хельг у вас в семье главный? Поговорю с ним, раз ты такая плохая мачеха, заберу себе девочку на воспитание. А сейчас убирайся и дай мне закончить лечение. По-моему, ты хоть и храбришься, но в этом доме никто не помог Хельгу, когда он плохо себя чувствовал. Никто, кроме меня. Что ты смотришь в пол? В глаза ему посмотри! Или страшно? Что же за уважение такое у тебя, Магрит, что ты в глаза хозяину замка посмотреть не можешь. Двуличная ты, вот ты кто!