– Здесь ничего нет. Сколько таких бассейнов отсюда до Биркенау?
– Вы что, собираетесь проверить их все? – заорала Адель. – Еще Солу обшарьте, но уверяю вас, летом там поприятнее.
– Вы же сами слышали про бассейн, – попытался отбиться Гуго. – Кольцо в бассейне.
– Может, они говорили о бассейне на вилле? – предположила она.
Гуго вытаращился на нее. Вот дурак! Почему сам не подумал? Ведь Клауберг рассказывал ему о бассейне в саду. Они там праздники закатывали, не замечая пепел с небес.
– Вы же не полезете туда сами? – Адель поплотнее запахнула пальто. – Отправьте туда пловца. Я знаю одного, из заключенных. Подобной работой здесь занимаются они, а не немцы. Вы нужны нам живым, герр Фишер. Кто, кроме вас, закончит расследование?
– Вы, конечно! – Гуго рассмеялся; первитин бурлил в жилах. – У вас отлично получается.
Вилла Браунов находилась на повороте дороги, ведущей от железнодорожной станции к Штаммлагу. За густой и высокой живой изгородью не видно было ничего, кроме покатой сланцевой крыши с дымящейся трубой.
На заднем сиденье «лоханки» рядом с Гуго сидел Ян. Поляк не произнес ни слова, немецкого он не знал. Высокий, худой, широкие плечи выдавали в нем спортсмена. Когда сыщик и медсестра пришли за ним, он не возражал, хотя даже не понял, куда его тащат. Эсэсовец рассказал Гуго, что Яна привезли в Аушвиц в августе, и с тех пор он в жару и в холод развлекает их, доставая из воды предметы. «Настоящее чудо природы, – добавил охранник. – Мускулы что твоя струна». Никаких мускулов под робой Гуго не видел. Голод давно их сожрал.
– Приехали, – сказал Гуго.
Ян не пошевелился. «Лоханка» остановилась под высокой плакучей ивой, тоскливо склонившейся к самому снегу. Дереву было лет сто, не меньше. Оно видело и Великую войну, и бог знает что еще. Ива словно царила во дворе. Овчарка, привязанная у сарая, зашлась в лае, извещая хозяев о гостях. Из пасти у нее валил пар.
Гуго вылез из машины, осмотрелся. Заснеженная крыша дома, крыльцо, сарай, откуда торчит блестящее рыло мотоцикла. Наконец, бассейн в окружении гипсовых статуй. На крыльцо вышел кряжистый человек в робе с лиловым треугольником. Свидетель Иеговы.
– Хайль Гитлер! – неразборчиво выкрикнул человек.
– Хайль Гитлер, – поспешно ответил Гуго. – Фрау Браун дома?
– Что случилось? – в дверях показалась Брунгильда в шинели, наброшенной поверх штатского платья. – У меня ужин на столе.
– Я должен кое-что поискать. – Гуго прищурился.
– В доме?
– В саду.
Похоже, ему не слишком обрадовались и в дом приглашать не спешили. Он махнул рукой, подзывая Яна. Они подошли к бассейну. Ян разделся и безразлично встал рядом. Лучи фар высвечивали его белую кожу.
– Ну? – в нетерпении спросил Гуго и вспомнил, что парень не понимает по-немецки. – Эй, ты! Иди сюда! – крикнул он кряжистому. – Ты откуда родом?
Мужик подбежал, ткнул пальцем в букву на робе и пробормотал:
– Поляк.
– Объясни ему, что он должен достать со дна все, что найдет.
– Со дна бассейна?
– Да.
– Там же лед…
Гуго в недоумении уставился на поверхность, по которой плавали покрытые снегом льдины. Собака продолжала надрываться, в ушах звенело, первитин в крови бурлил.