– Я знаю, что тебя тревожит, – Сергей серьезно посмотрел мне в глаза. – Я никогда не любил ее.
– Любил и любил, подумаешь! Зачем врать? Ты мстил за нее! – я рванулась, отдергивая руки. – Ты был готов на все, чтобы Егор поплатился за ее смерть!
Я отвернулась, скрывая невольные слезы.
– Потому что боялся за детей, – Сергей взял за плечи, снова разворачивая к себе, чтобы заглянуть в глаза. – И каждый день утешал Таню, которая хныкала, когда вернется мамочка. И прибегал к Кириллу, когда ему снились кошмары, что маму съели какие-нибудь монстры…
– Вы все равно были вместе! – я мотнула головой, зажмуриваясь, не желая видеть искреннего взгляда Сергея.
«Если я опять поверю ему, а он снова обманет, это разобьет мне сердце, – с отчаянием подумала я. – Уже окончательно».
Сергей медленно провел рукой по моим волосам, будто приручая. Я нерешительно подняла взгляд.
– Были. Мы подходили друг другу. Из одного общества, из одного теста. Наверно, мы неплохо жили вместе. Уважали и не мешали друг другу… – пожал плечами Сергей, а потом нежно поцеловал меня. – Но я никогда не испытывал к ней и доли того, что чувствую к тебе. Я люблю тебя, Рита. Только тебя. А не призрака из прошлого.
* * *
По телефону Макс идиотничал и просил, чтобы его подержали еще немного. Видно, кормили в больнице хорошо, а палата напоминала простенький отель с уборкой номера. Но врач сказал, что мой балбес полностью здоров. Так что ранним утром мы поехали его забирать. Сергей пошел переброситься парой слов с хозяином клиники, а я вытащила Макса на солнышко. Мы побрели по аллее, вдоль которой росли молоденькие липы. Теплые лучи играли на светлых, отливающих желтым листьях.
Макс сразу приметил мое кольцо, и пришлось все рассказать.
– Вау, да ты у меня теперь невеста крутого бизнесмена! – казалось, у него в глазах сейчас, как в мультиках, появятся значки доллара. – Имей в виду! Если будете играть свадьбу где-нибудь на Мальдивах, то чтобы отель пять звезд! И со шведским столом!
– Тебе лишь бы пожрать, братец, – по-доброму фыркнула я. – А чревоугодие – смертный грех!
Я жестом поправила невидимые очки, пародируя нашу учительницу – набожную бабульку, которая пророчила нам всем муки ада за невымытую доску.
– Каюсь, гореть мне в аду, – Макс драматично приложил руку к груди. – Надеюсь, что там будет шашлычок и куры гриль.
Мы рассмеялись. Просто и весело, совсем, как в детстве. Я взъерошила Максу волосы, а потом вздохнула.
«На каком этапе он перестал быть тем мальчишкой, которому я нарезала бутерброды, чтобы не забывал поесть в школе? – с горечью подумала я. – Как я упустила, что брат стал другим? Тем, кто был готов украсть деньги из моей квартиры. Тем, кто связался с бандитами и помог украсть ребенка. Как так получилось, что между нами появилась пропасть, и в итоге, я совсем его не знаю?»
– Макс, – посерьезнев, я посмотрела ему в глаза. – Я все тебе рассказала. И про то, как играла Катю, и все про Егора, и про нас с Сергеем… Может, теперь твоя очередь говорить? Как ты ввязался во все это?