— То есть у тебя никогда не было больших амбиций и целей стать звездой? Как же в таком случае оказалась в моей студии сегодня? — удивляется Мона со смешком.
— Всё благодаря моему замечательному менеджеру! — восклицаю восторженно. — Если говорить откровенно, то я не причисляю себя к звёздам. Хочу делиться творчеством, но не быть знаменитой. Мне не хочется больших стадионных туров или чего-то в этом роде. Предпочитаю более интимную обстановку ночных клубов, где собирается небольшая аудитория. Так становишься ближе к зрителю и можешь лучше донести свою мысль.
— Да, атмосфера там значительно отличается от концертных залов, — соглашается Мона. — Как ты стала Анной и почему выбрала такое сценическое имя?
— В Москву приехала не с пустыми руками. Решила попытать удачу и отнести свои записи небольшим звукозаписывающим компаниям. Многие отказались, не увидев потенциала, но с «Алхимией» мне повезло. Можно сказать, что это удачное сочетание нескольких факторов: упорного труда, веры в свои силы, капли смелости и надёжной команды рядом. Анна появилась благодаря поддержке множества людей. Ради них я пишу и пою свои песни, благодаря им сижу здесь. С псевдонимом всё просто. Анна — моё настоящее имя. Оно читается одинаково в обоих направлениях, то есть является палиндромом. Как бы ни сложились обстоятельства, всегда стремлюсь оставаться собой, то есть Аней. От этой мысли всё и пошло, — пожимаю плечами.
— Надо же! Ань, это довольно скромный ответ. Как ты продержалась в шоу-бизнесе четыре года, фактически не имея никаких амбиций и стремлений, это же чудо какое-то! — смеётся Мона.
— На чистом желании радовать людей музыкой. Часто читаю комментарии к своим постам в социальных сетях. Все они разные: кому-то моя музыка нравится, кто-то её терпеть не может, это нормально, но когда вижу сообщения вроде «Под эту песню я влюбилась» или «Эта песня норм, чтобы поплакать», понимаю: вот оно, не зря старалась, — говорю очевидную для себя вещь.
— У меня всё примерно так же, но немного по-другому, — выдавливает радиоведущая очередной смешок. — Я хочу донести свою мысль до каждого, кто захочет слушать, соприкасаться с людьми через слова, как ты это делаешь через музыку. Ну и амбиций у меня явно побольше, — Мона подмигивает мне. — Раз уж сама упомянула, то как относишься к негативной реакции?
— Плачу в подушку и заедаю горе мороженым, — отвечаю несерьёзно. — Но если без шуток, всегда есть варианты. Можно позволить критике подорвать уверенность, закрыться и никогда больше не выпускать песен, но также использовать это как способ взглянуть на всё со стороны, подметить недостатки в работе, чтобы стать лучше.
— Это зрелый подход, Ань, хвалю. Я вот часто сталкиваюсь с чувством хандры. Тебе никогда не хотелось всё бросить и уйти в закат? — хитрая радиоведущая прожигает меня испытующим взглядом. — Ты так и не выступила с песней «Спасибо». Два месяца мы не видели твоих личных фотографий. Что происходило в тот период?
— Хотелось. Именно так я и поступила после выпуска «Спасибо». Мой контракт с «Алхимией» подошёл к концу. Продлевать его не видела смысла. Песня должна была стать прощальным подарком для поклонников, — выдаю Моне то, чего она хотела.