Ник не говорит ни слова. Только прижимает к себе, гладит по волосам. Медленно, бережно, словно боится сломать. Его тепло проникает сквозь дрожь, сквозь слёзы, сквозь колючую тревогу, что сидит внутри.
— Я знаю, что это не справедливо. Ты совсем не похож на него. Ты другой. Именно поэтому… я хотела сбежать: чтобы дать тебе возможность начать с чистого листа.
— Ох, Аня… я понимаю, но наша ситуация сильно различается, — отвечает он тихо, но твёрдо. — Твои родители отпустили друг друга. Я не хочу тебя отпускать. Мы вместе уже четыре года. Этого времени мне было достаточно, чтобы понять: ты — та, кого хочу видеть рядом. Создать с тобой семью. Вместо того чтобы убегать, нужно хотя бы попытаться. Я предлагаю несколько вариантов. Первый: мы снова запишемся на обследование, получим более конкретные результаты, тогда станет яснее, в каком направлении двигаться дальше. Если понадобится лечение, и ты на него согласишься, я буду рядом, чтобы тебя поддержать. Вариант второй: сразу воспользоваться альтернативными методами, такими как суррогатное материнство, ЭКО. И… если ты не против, то мы могли бы удочерить или усыновить ребёнка. Вариант третий: мы просто будем жить. Какой бы ты ни выбрала, я хочу остаться рядом. Думаю, теперь, когда на твоём пальце обручальное кольцо, это стало более очевидным. Если бы я хотел чего-то другого, то не отдал бы его тебе.
ГЛАВА 19. МИНУС НЕДОСКАЗАННОСТЬ
Аня
Оборачиваюсь через плечо, чтобы посмотреть на Ника. Сам того не зная, повторил те мысли, которые посещали меня вчера, когда плакала над обрывками с диагнозом… даже готов взять ребёнка из детского дома…
— Я очень хотела бы попробовать, — отвечаю едва слышно.
— Ну вот и всё. Мы будем пытаться. Если получится — то замечательно. Если нет — тоже не страшно. В любом случае быть рядом с любимым человеком гораздо лучше, чем жить без него, — произносит Ник с ободряющей улыбкой, вытирая слёзы с моих щёк.
Он говорил с такой уверенностью, что захотелось ему поверить. И довериться. Всё ещё страшно, но теперь я не одна.
Мама сказала нечто похожее. Возможно, следует ухватиться даже за мизерный шанс, чтобы не потерять всё?
— Раз уж мы говорим на серьёзные темы, не хочешь рассказать, почему решила отказаться от мечты? — спрашивает Ник, немного отстраняясь. — Конкретную причину ты в прошлый раз не назвала, ограничилась общими фразами.
— Это больше не мечта, — отвечаю с кривой усмешкой. — Такой ответ сгодится?
— Нет, Анют. Эта недосказанность меня напрягает, — Ник отрицательно качает головой, его голос остаётся твёрдым. — Я видел, что ты перерабатываешь. Потом понял, что находишься на грани и быстро выгораешь, но никак не помог. Прости за это.
— Ладно, каяться — так во всех грехах сразу, — выдыхаю обречённо. — Частично ты сам ответил на вопрос. Но… помнишь, как мы встретились? В кофейне. Тогда ты подошёл и сказал, что я выгляжу так, будто готова расплакаться. Это было попаданием в самое яблочко: колотило так, что листы с нотами из рук выпадали. У меня была мечта. Голос. Умение играть на гитаре. Я просто хотела петь для людей. Но быть звездой, на которую направлен свет прожекторов, внимание прессы, поклонников, завистников, конкурентов, оказалась не готова. Иметь звёздные качества и быть звездой — это разные вещи, представляешь? — тихо усмехаюсь. — Когда вступаешь в этот бизнес, то остановиться почти невозможно. Все чего-то ожидают и требуют. Расстраиваются, если не соответствуешь, пишут гадости. Я не выдержала давления, устала от него. Это первая причина. Вторая… заключалась в тебе. Я хотела быть рядом, но наши уютные вечера постепенно вытеснили выступления в клубах, репетиции и записи. Мне надо было закончить работу, чтобы уйти. Также я устала от того, что приходится постоянно соблюдать осторожность. Не хотелось, чтобы личная жизнь стала достоянием общественности, поэтому я молчала о нас. Руководство лейбла поддержало. Так у Анны сформировался этакий образ «девчонки из соседнего двора». Простой и понятный. Она принадлежала всем и никому одновременно. А я хотела быть твоей. Держать за руку. Просматривать кадры с каких-нибудь съёмок. Хотела, чтобы было как в начале, но разгонялась всё сильнее, отдаляясь от тебя. Чувство было ужасное.