Господи, Марго… Я даже не знал, что на в городе. Мы здесь третий день, а она ни разу ко мне не подошла. Да ладно ко мне, они и к герцогу не заходила. С какой целью она здесь? Только ли ради разговора с наёмным убийцей, или ещё по какой причине? Может, зайти в трактир, типа, случайно. Увидеть её, изобразить радость… Как она отреагирует на моё появление? Испугается? Насторожиться? А ведь ещё совсем недавно эта девушка лежала рядом со мной и шептала что-то ласковое…
Ложь. Кругом ложь! Humanum est mentiri — человеку свойственно лгать. Но почему Марго? Ведь я думал, что мы…
Нет, в трактир я не пойду. Выражение лица выдаст меня с потрохами, она поймёт, что обман раскрыт и… Что тогда? Что она сделает?
Чёрт, чёрт, чёрт! Я должен успокоиться. Пусть думает, что я ничего не знаю. Но теперь нужно быть осторожным вдвойне. Как знать, возможно, кроме Грима есть ещё кто-то…
Я обошёл трактир стороной и спустился к реке. Псы отдыхали после тренировки, купались, готовили ужин. Подбежал Дюпон.
— Ах, вот и вы, господин Вольгаст. Наконец-то. Жду вас. Я свёл расчёты воедино и готов показать кулеврины в действии.
Вовремя. Будет на что отвлечься от дурных мыслей.
— Показывай.
Он отвёл меня вниз по реке к лесу, где стояли все три наших лафета. Погребок держал пальник в виде обычной палки с прикреплённым к ней фитилём, прочая обслуга отошла подальше, ибо кто его знает: средневековая артиллерия предмет неведомый, вдруг рванёт, а становиться жертвой взрыва никто не хотел.
Вдалеке я заметил три соломенных пучка, нанизанных на шесты. До первого было шагов триста, два оставшихся располагались дальше. Дюпон сразу пояснил:
— Вот, господин Вольгаст, это мишени. До первой ровно триста шагов, до второй триста семьдесят пять. Как вы помните, это максимальное расстояние выстрела по утверждению мастера Лушара. Но порох, рецепт которого вы мне дали, отличается большей мощью, поэтому третью мишень я установил на дистанции четыреста пятьдесят шагов. В качестве эксперимента, так сказать, — он выдохнул, руки его подрагивали. — Начнём?
Я кивнул и на всякий случай отошёл к обслуге. Чем чёрт не шутит… Как уже было сказано, артиллерия-то средневековая.
Дюпон перекрестился и кивнул Погребку:
— Сержант, произведите выстрел.
Погребок расплылся в улыбке и поднёс теплящийся фитиль к затравочной трубке. Порох вспыхнул, послышалось характерное шипение. Доля секунды — хлопок, лафет подскочил, ближний пучок рассыпался жёлтым пухом. Прислуга дружно заорала «слава!», на шум от лагеря потянулись псы. Первым подбежал Камышовый Жак.
— Что случилось, капитан? — но тут же не дожидаясь ответа понимающе протянул. — А-а-а, значится, так… Теперь и мы как настоящая армия.
Псы радостно загудели и столпились вокруг кулеврин, Дюпон был вынужден закричать:
— Посторонись, посторонись! Это ещё не всё.
Он подошёл ко второму стволу, чуть довернул прицельный винт. Выстрел… И вдох разочарования:
— Не попал.
Дюпон не смутился, по одному ему ведомым привязкам внёс в прицел поправки, и из третьего ствола превратил мишень в облако пыли.