Глава 1
Рота расположилась на северной окраине Бар-ле-Дюк в долине реки Орнен. Место тихое, живописное, окружённое лесами и виноградниками. Денег в поясных сумках не было, так что местные куртизанки, воспылавшие было любовью к свалившимся на их головы наёмникам, быстро потеряли к ним интерес, и псы целыми днями занимались строевой подготовкой.
Численность роты, несмотря на потери в последнем бою, увеличилась. По пути пристало несколько бродячих компаний, которые я охотно влил в свои ряды. Брат Стефан доложил, что по новым спискам у нас в наличии восемьдесят три стрелка и двести один пехотинец. Плюс к ним семь артиллеристов, семнадцать мулов, четыре лошади и Сельма. Себя и Щенка он, видимо, отнёс к пехоте. Отдельным списком келарь вывел нашу кавалерию — двенадцать тяжёлых всадников во главе с Леграном. Всю эту ораву надо было чем-то кормить, и желательно не одними овощами, а денег в казне оставалось сорок шесть ливров. Слишком мало, чтобы подолгу засиживаться на одном месте. Пора подумать о поиске новых работодателей. Таковых я могу найти лишь под Орлеаном, значит, следовало как можно быстрее отправляться в путь.
Путь предстоял непростой и не короткий. От Бар-ле-Дюк до Орлеана примерно восемьдесят лье. В пересчёте на километры, что-то около трёхсот сорока, и все триста сорок пролегали отнюдь не по магистральному шоссе с кафешками и кемпингами на обочинах, а по разбитым дорогам средневековья, сквозь объятую войной страну. Времени это займёт от двух до трёх недель. По прикидкам келаря на пропитание в день уходит три ливра, при таких расходах наша казна истощится к концу второй недели.
Не нравится мне такая арифметика.
Этими мыслями я поделился с д’Оссонвилем. В ответ граф пожал плечами. У него о таких вопросах душа не болела. При свите герцога он пользовался всеми услугами, необходимыми для комфортной жизни. Ла Гир на жизнь тоже не пенял, но он, как и я, торопился скорее вернуться в Орлеан. Мы с ним сдружились. За время, пока ехали в Бар-ле-Дюк, Ла Гир поведал мне много интересных историй о Франции, о войне, о дофине Карле. По его мнению, дофин был человек слабохарактерный, им помыкали любовница — блондинистая стерва из провинции по имени Катрин де л’Иль-Бушар — и тёща Иоланда Арагонская, королева четырёх королевств. Каждая тянула дофина в свою сторону, и ни одна не могла победить. Всё, что днём вбивала Карлу в голову госпожа Иоланда, ночью выбивала Катрин де л’Иль и закладывала туда нечто своё. Утром история повторялась и, может быть, именно по этой причине французы проигрывали в войне.
А ещё Ла Гир рассказал о плачевном положении Орлеана. Англичане окружили город фортами и заставами, стремясь перекрыть все дороги, чтобы остановить поставки продовольствия. Оставалась единственная дорога на Отен, по которой поступали все необходимые припасы. У англичан пока что не хватало сил полностью перекрыть этот путь, но кто знает, если к ним подойдут дополнительные силы, то и здесь они поставят заслон, и вот тогда долго город не выстоит. А если Орлеан падёт, англичане лавиной хлынут в центральные районы Франции.