Мы не роботы в том смысле, в каком это любят рисовать в сай-фай фильмах. У нас нет металлических костей, красных диодов вместо глаз и разъёма в затылке. Мы состоим из тканей, жидкостей и органов, нам нужно есть, спать, восстанавливаться. Мы стареем, можем быть ранены и умираем. Но сама логика нашего мозга, способ обработки и передачи информации, связи между нервной системой и тем, что я для простоты называю Потоком, иная. Если человеку нужны годы, чтобы накопить знания, нам они приходят по умолчанию. Не как энциклопедия в голове, а как доступ к общей памяти вида, накопленному всеми опыту, фоновому информационному морю, где никто никому ничего специально не «рассказывает», но всё уже есть, если сумеешь дотянуться.
Физически мы такие же люди, но доступные к программированию. Ага, отсутствие необходимости в непрерывном обучении не единственная наша фича. Если знать, к кому обратиться, наш мозг можно перепрограммировать, настроить чувствительность, эмоциональность и даже цели. Можно исправить характер, подкрутить положительные качества и снизить до нуля отрицательные, выбрать направленность накапливаемых знаний, удалить некоторые воспоминания и даже стереть личность, чтобы постепенно возвести новую с чистого листа. Проще говоря, мы люди утопии – легко контролируемые и невероятно полезные обществу.
Разумеется, когда этот учёный продемонстрировал плоды своих трудов, сильные мира сего отреагировали именно так, как на их месте и должно было отреагировать человечество: сначала с вежливым ужасом, потом с лицемерным возмущением, а после с очень рациональным страхом. Потому что если можно штамповать существ, почти неотличимых от людей, которые обучаемы, адаптивны, биологически совместимы с цивилизацией и обладают потенциально огромным когнитивным преимуществом, то это уже не технология, а новый субъект истории, новый вид. А новый вид люди терпят плохо, особенно если понимают, что однажды он может не попросить у них разрешения на существование. Официально всё прикрыли разговорами о неэтичности, недопустимости, правах, гуманизме и прочей красиво оформленной лжи, которой власть обычно маскирует чистый животный страх потерять монополию на контроль. Неофициально же все поняли главное: в дурных руках мы действительно могли бы стать оружием, причём настолько мощным, что при нападении ни одна армия не успела бы даже сориентироваться.
Лабораторию, о которой знали власти, уничтожили. Космическую станцию выжгли вместе с архивами, учёным и той частью созданий, которую он оставил на виду. Историю быстро превратили в удобный миф про сумасшедшего сказочника и неудачный эксперимент, а человечество счастливо пошло дальше делать вид, будто проблема решена. Только настоящий центр всего этого безобразия находился не там. Где-то существовала другая лаборатория, о которой я знаю не как о факте из документа, а как о дальнем гуле в Потоке. Источник, который до сих пор удерживает наш вид от окончательного вымирания. Не знаю где.
Сейчас нас очень мало, мы старательно скрываемся среди простого населения и пытаемся сохранить численность за счёт спаривания с людьми. Правда, загвоздка в том, что СЭРА не рождается “сам по себе”. Мы не можем просто завести семью и наплодить детей в уютном домике с видом на море. Для нашего появления требуется мужчина СЭРА и человеческая женщина. Чёрт, это звучит куда романтичнее, чем есть на самом деле.