Творец всемогущий знает, чего мне стоило в последний момент вырваться из глубин! К счастью, слияния достаточно, чтобы мой уход не расценивался, как оскорбление. Выравнивая дыхание, пытаюсь справиться с предательской дрожью бренного тела. Терра возвращается на мгновение позже. Выражение лица у нее благостное, как у сытой кошки. Ну, или честнее, как у женщины, познавшей экстаз. Она улыбается, явно довольная моей растерянностью, и произносит, в голосе так и сочится страсть.
— Ты многого лишаешь себя, Аир, но я смиряюсь перед твоим выбором. Для закрепления клятвы этого достаточно, но позволь узнать, что остановило тебя?
— Разве я обязан отвечать?
— Нет, всего лишь праздное любопытство. Это был бы интересный опыт.
— Не уверен, что законы этого мира одобрили бы его, — бормочу я, и Терра хохочет.
Сейчас мы меньше всего соответствуем гордому статусу Смотрителей. Ни дать, ни взять флиртующие подростки на вечеринке! Впрочем, на мое счастье, Терре и в столь щекотливой ситуации не изменяет благодушие.
— Что ж, — спокойно произносит она, — как я понимаю, тебя больше ничего не задержит здесь. Пойдем, я провожу тебя!
У порога лесного дворца нас вновь ожидают юноши, и я не выдерживаю.
— А теперь позволь мне проявить любопытство. Это же люди?
— Да.
— Но разве ты не используешь их силу?
— О, Аир, ты, как и Игнис, слишком прямо и жестко следуешь законам. Он отправляет невест прямиком в жерло вулкана, ты — сбрасываешь с высоты. Но от жизни можно получить намного больше, чем от смерти, Аир. Такова моя сущность. Я могу чинить птицам сломанные ветром крылья, я могу сделать так, чтобы на выжженном поле вновь зазеленела трава. Я беру от смертных мужчин их обожание, их преданность, их страсть. Это питает мою стихию, так зачем мне их убивать!
— Но разве ты не должна отправлять по лунной дороге женихов, когда на смену приходят новые?
— Я и отправляю… только не одного за другим… ты и здесь судишь по-мужски прямолинейно, а ведь и сам мог бы извлечь для себя много интересного, — в ее паузах столько чувственности, что суть ясна. — Мы подчиняемся законам мира, но мы же и создаем их… разве не твоим велением собираются тучи и веет прохладой? Судьба нареченных в твоей власти! Пока они с тобой, на них не распространяются законы о невмешательстве. Вот вздумай я вернуть того, кто уже ушел от меня…
Ага, значит, про Акве она все-таки знает, но на общее собрание, так сказать, вопрос выносить не стала. И что-то мне подсказывает, что этот козырь она прибережет для удобного случая, чтобы использовать его против Акве. Ну, да, куда уж нам, прямолинейным мужчинам, до женского коварства и изворотливости!
Терра, не стыдясь, гладит одного из юношей по мускулистой лоснящейся от пота груди.
— Пока они молоды и красивы, пока мне не приелась их страсть, к чему мне их прогонять?
И тут меня пронзает ужасная мысль. Молоды? Это ведь мне дарована привилегия проживать века, но не стареть. А что будет с Нирой? Неужели мне суждено видеть ее угасание и уход? И я ничего не смогу сделать? Погрузившись в наслаждение текущих дней, я не думал о том, что ожидает нас завтра.