— Значит, он умолчал об этом! Скованный обязательствами, все же нашел лазейку, чтобы нарушить баланс сил!
— О ком ты?
— О твоем предшественнике. Он ничего не рассказал тебе об этом, так?
Да он, собственно, мне вообще ни о чем не рассказал, слинял потихоньку, но признаваться в этом поздновато. Возможно, знай я ранее, как Терра дорожит равновесием, я напросился бы к ней в ученики, а не постигал все под руководством разболтанного элементаля, убедившего меня, что Смотрители могут меня в клочья порвать, узнав о моем беспомощном положении. Но уж как есть!
— Нет, не рассказал.
— Когда-то, на заре времен, после сотворения мира, в небе соседствовали солнце и луна, как союз Творца и Сомнии. Это было время стихий изначальных, не скованных ничьей волей. Но когда стихии начали войну, и Творец призвал Смотрителей, Сомния укрепила в небе вторую луну, как символ своего влияния в мире. Влияния, сдерживающего стихии. Именно по ее свету уходят люди, решившие забыть о прошлом, именно по ее дороге присылают нам нареченных. Первая луна — знак сотворения. Вторая — воплощение равновесия. Третья луна станет началом…
— Хаоса? — не выдерживаю я.
— Нет, великих перемен. Наша воля будет подвержена испытаниям, чтобы проверить, достойны ли мы и дальше нести ответственность за судьбу этого мира. Всем нам будет дана великая сила и то, как мы используем ее, станет для Творца и Сомнии поводом, чтобы решить нашу участь.
— Хочешь сказать, что после явления третьей луны Смотрителей могут разжаловать? Но тогда стихии вырвутся на свободу, и мир вернется в то состояние, от которого творцы старались его уберечь?
— Никто не знает этого, Аир, потому-то это время и станет испытанием для нас. А пока все, что мы можем, решить, как мы используем новую силу.
Ну, воевать, как я понимаю, никто не рискнет, иначе уволят всех! Акве, осеняет меня, хотела вернуть себе отца Ниры и наверняка применить новую силу, чтобы…не знаю…долголетие ему обеспечить и вечную юность…замести следы, чтобы никто не узнал о его похищении. А, может, заставить его, наконец, ответить взаимностью. В общем, чисто женский вариант — получить метеорит с неба и выточить из него красивую заколочку. Получить силу и истратить ее на решение сердечных вопросов! Как мило!
— И ты уже решила?
Терра горделиво выпрямляется на своем троне из переплетенных ветвей.
— Да, решила!
Под ее рукой разворачивается знакомая панорама, только вместо бело-голубого покрова облаков и ветров, на картинке — зеленые и коричневые пятна. И — огромное выцветше-желтое пятно далеко на юге. Многие мили, иссушенной земли, от которой веет гибелью.
— Моя стихия в противостоянии потеряла больше других, Аир. Ты вернул себе свежесть потоков. Игнис накопил в недрах пламя. Акве вновь наполнилась живительной влагой. Все же, что нужно мне, вернуть жизнь этой пустыне. Да, это вернет силы и мне, ведь все мы подпитываемся от своей стихии. Вспомни свою человескую сущность, Аир. Представь, каково это — жить, когда на теле твоем незаживающая рана, постоянно напоминающая о себе болью, но не поддающаяся лечению. Век за веком я отвоевываю у этой пустыни кусочки, но результаты ничтожны! Я надеюсь, что новая сила поможет исцелиться.