– Ты реально псих, – тихо произношу я, – а меня следует поселить с тобой в соседней палате, потому что я и сама не лучше.
– Я никому не скажу, что ты чокнутая, если и ты пообещаешь молчать.
– Договорились.
Тянусь к его губам и целую первой, самозабвенно и смело заявляя о правах. Оказывается, это действительно просто. Желания ведут, а ты за ними только поспевай. Рассыпаюсь на песчинки в каждом откровенном касании и восстанавливаюсь в коротких перерывах шумного дыхания. Это первый поцелуй после нашей долгой разлуки, который не пропитан сомнениями и не омрачен спорами. Танец чистых огненных энергий: его золотисто-черная и моя, еще не определившаяся с цветом, мерцающая и желтым, и красным, и серовато-белым. Ничего. Я научусь, найду себя и его постараюсь не упустить. Объятия становятся все крепче, поцелуи порывистей. И мне больше не нужно слов, не нужно подтверждений и доказательств, что Никита скучал не меньше, чем я. Летний зной окутывает со всех сторон, подогревая распутные желания. Губы сползают на шею Никиты, язык скользит по солоноватой коже, руки забираются под майку. Мне хочется искусать его, съесть, облизать. Я не знаю, что это. Не могу поймать ни единой здравой мысли, а те, что получается, неимоверно постыдные, но такие захватывающие. Никита хаотично и жадно блуждает по моим чувствительным местам. Ощущаю его возбуждение, и сама уже почти лужица.
– Эй-эй… Не знал, что мечтаешь о сексе в подсолнухах, – волнующе страстно произносит Никита.
– Почему нет? – хихикаю я, водя кончиками пальцев за резинкой его шорт. – Пчела уже была, можно и на муравейник сесть.
Приглушенный хриплый смех пробивает до мурашек, и я очарованно улыбаюсь, принимая все более откровенные ласки. Никита разворачивает меня и обнимает со спины, обхватывая мое левое запястье.
– Как рука? – серьезно спрашивает он.
– М-м-м… – мычу я, упираясь затылком в его плечо, потому что укус волнует сейчас меньше всего. – Нормально. Мне поставили укол, дали мазь. Все обошлось, уже и не болит почти.
– Хорошо.
– Каким чудом ты узнал о машине той тетки?
– По брелоку на ключах с мини-копией. Еще бы регистрационный номер прицепила.
– Ну прямо Шерлок Холмс.
– А ты тогда кто? Глупый Ватсон?
– Эй! Он не глупый. Без него Шерлок совсем свихнулся бы. Ватсон – его совесть. Ты смотрел сериал? Он даже круче, чем книги.
– Видел пару кусков по телику, – отзывается Никита, прижимая меня к себе еще немного крепче.
Легонько двигаю бедрами и прикрываю глаза, поддавшись дурману близости.
– В машине есть презервативы?
– Мы не будем трахаться в машине.
– Почему?
– Жарко и места мало.
– А-а-а… Так ты теперь у нас дитя комфорта? – Я разворачиваюсь обратно, прижимаясь животом к его паху. – А со стояком твоим что делать?
– Ничего. Сейчас ты меня взбесишь, и все само пройдет, – беззлобно отвечает Никита, но меня это не утешает и тем более не устраивает.
– Ты… ты меня не хочешь?
– А похоже?
– Тогда что это за глупый целибат? Еще одна проверка?
Никита отводит взгляд, напряженно задумавшись, и наконец выдает:
– Не для тебя.