– Небесно-голубой не всем к лицу, – заметила госпожа Фан. – Разве что у вашей половины белоснежная кожа.
Янь Уши улыбнулся.
– Кожа и впрямь очень светлая.
– В таком случае желает ли господин приобрести готовое платье или взять отрез и заказать наряд? – продолжила госпожа Фан. – Если изволите выбирать из готового, то есть наряды разных размеров. Какого роста госпожа?
Янь Уши хотел только поквитаться с Шэнь Цяо – пускай даос на себе испытает, каково ходить в женском платье. Но беседа с госпожой Фан раззадорила его.
– На полголовы ниже меня, телосложение более худощавое.
– Всего лишь на полголовы ниже вас? – изумилась госпожа Фан. – Для женщины она весьма высокая. Пошлю слуг поискать, но даже не знаю, найдется ли у нас подходящий размер. Желаете ли выбрать крой и украшения на платье?
Янь Уши приподнял брови и оценивающе осмотрел женщину с ног до головы.
– Что до кроя и украшений, мне нравится то платье, что сейчас на тебе, – проронил он.
Под его взглядом сердце госпожи Фан так и заколотилось, глаза заблестели. Прикусив губу, она рассмеялась:
– Господин, я вам правда нравлюсь?
Она стояла так близко к Янь Уши, что их тела почти соприкасались.
Лукавые заигрывания хозяйки с гостями явно были не в диковинку приказчику с продавцом – они к тому времени уже давным-давно скрылись из виду, плотно притворив за собой двери лавки.
Усмехнувшись, Янь Уши приподнял голову женщины за подбородок, а сам, не сводя с нее глаз, наклонился к ней, словно желая поцеловать.
Госпоже Фан казалось, будто вот-вот что-то случится. Щеки ее заалели, дыхание сделалось жарким, тело обмякло, колени подогнулись…
– Жаль только, что, хоть платье и красивое, сама ты страшненькая. Только ткань зря перевела.
Лицо госпожи Фан застыло, она как будто оцепенела от услышанного. Лишь когда Янь Уши отошел от нее на несколько шагов, она словно очнулась ото сна. Побелев от злости, она скрипнула зубами.
– Сегодня мы не работаем. Господин, прошу вас удалиться!
Что может быть обиднее для женщины, чем услышать, что она уродлива? Больше всего ей хотелось сказать гостю, чтобы он катился куда подальше, но торговому люду как никакому другому известно, что дружелюбие – верный путь к богатству, а госпожа Фан не желала лишних неприятностей, у нее и без того хватало хлопот. Женщина кипела от гнева, но понять это можно было лишь по тому, как едва заметно вздымалась и опускалась ее грудь под расшитой тканью платья.
Янь Уши скривил губы в усмешке.
– Не получилось соблазнить меня, так гневом прикрываешь смущение?
Он достал откуда-то увесистый кошель и положил на стол.
– У того, кто столь легко выходит из себя, торговля едва ли хорошо пойдет, – заметил он. – А будешь долго хмуриться – быстрее состаришься.
– Какой же у вас ядовитый язык, господин! – сердито ответила госпожа Фан. – Видно, вашу дражайшую половину всю жизнь преследует невезение, раз ее угораздило стать вашей возлюбленной!
С этими словами она схватила кошель, чтобы швырнуть его обратно гостю, но стоило госпоже Фан поднять его со стола, как она резко изменилась в лице.