Я почувствовала, как в груди болезненно кольнуло. Шон был воплощением идеала, но я была не достойной партией. Рядом с ним я никогда не чувствовала того, что должна чувствовать женщина рядом с мужчиной, которого собирается выбрать на всю жизнь. И я слишком хорошо знала, чем закончится попытка убедить себя в обратном.
— Не глупи, ты знаешь, что я к тебе испытываю, — мягко начала я. — А еще ты прекрасно знаешь, какие слухи обо мне ходят, и что я сама об этом думаю.
— Ради семи смертных грехов, да плевать мне на секс! — выдохнул Шон. — Я люблю тебя, а не твое тело.
Фраза, вылетевшая впервые из уст Шона, вонзилась в меня, словно стрела. Черт возьми! Зачем он начал этот разговор? Зачем он мучает меня своим страданием? Зачем сделал вид, будто от меня требуется ответ, которого у меня нет?
Шон отвернулся, словно сам пожалел о сказанном. Затем коснулся дверной ручки, как ни в чем не бывало. Словно этого неудобного разговора не было вовсе.
— Ты готова? — спросил он.
— Да.
Шон улыбнулся, не глядя на меня, и открыл библиотечную дверь.
КИЛЛИАН КАВАЛЬЕРЕ
Я сидел за левой партой первого ряда и время от времени поглядывал в окно. Капли осеннего дождя, как небесные слезы, ползли по треснувшему стеклу. Они переплетались и расходились, образуя рисунок, напоминавший корневую систему дерева. Когда я смотрел на Принц, почему-то вспоминал то же самое. Что-то холодное, поврежденное и слишком упрямое, чтобы позволить кому-нибудь добраться до корней. Нечто, чье доверие, Люцифер милостивый, нужно было заслужить.
Да катись ты в рай, Люсильда Принц.
Максимум, на который она могла бы рассчитывать от меня — пара ночей, после которых я бы наверняка снова заскучал. Принц была всего лишь позорным пятном на родословной Асмодея, и я прекрасно понимал, почему ее раздражает сама мысль о моем превосходстве. Хотя, если быть честным, ее губы действительно хотелось попробовать на вкус. Я бы оставил на бледной фарфоровой коже ее шеи гематомы, как свидетельство моего сладострастия. Я бы не стал нежно поглаживать ее волосы, как это наверняка делает Маккартни. Нет… я бы стянул ее черные пряди в кулак, провоцируя ее издать умоляющий стон. Но мне нахрен не нужно ее гребанное доверие.Пусть ее доверие заслуживает кто-нибудь другой.
Когда пара уже началась, Люсильда и Шон влетели внутрь, привлекая к себе всеобщее внимание.
Профессор Эллис Белл стояла на небольшой сцене возле доски, одетая в черное викторианское платье с белым кружевным воротником. Она считалась одним из лучших специалистов по инфернальной этике — предмету, который учил не просто знаниям о духах и демонах, а тому, как с ними общаться, не нарвавшись на неприятности.
— Вы опоздали, мистер Маккартни, мисс Принц, — сказала она, не повышая голоса. — Присаживайтесь. Я надеюсь, вы хотя бы успели ознакомиться с темой.
Принц поспешила занять место справа от меня, даже не взглянув перед этим в мою сторону. Противная дикая кошка.
— Сегодня мы поговорим о заключении сделок с духами-вредителями или же проказниками, — продолжила профессор. — Мистер Маккартни, расскажите нам о происхождении названия?