На лице Люсильды появилось замешательство.
— Но я не говорила тебе, что хочу кого-то убить, — растерянно произнесла она.
— Уверена?
Принц ненадолго замерла, но вскоре в ее глазах мелькнуло осознание, а следом — что-то похожее на ужас.
— В последний день каникул я спутала тебя с Шоном, — медленно произнесла Принц, словно по частям собирая в голове произошедшее.
Вместо ответа я провел ладонью по зеркалу, и мои пальцы прошли сквозь него. Одна из стен исчезла, открывая проход.
— В смысле… — начала Принц, но я уже шагнул вперед. — Подожди! Ты хочешь сказать, что я… Что я лежала в постели с тобой и говорила о том, за что меня бы публично распяли?
Я обернулся. Люсильда стояла на месте, не двигаясь. Ее вид меня позабавил, и я не сдержал улыбки. Я прекрасно видел, как она лихорадочно прокручивает в голове ту ночь, пытаясь вспомнить то, что говорила мне под действием алкоголя.
— Полагаю, все именно так, да, — наконец непринужденно произнес я.
Принц закрыла глаза. Ее пальцы сжались в кулаки, пытаясь унять предательскую дрожь.
— Асмодей милостивый, — прошептала она.
— Я не собирался использовать это против тебя. И не стал. Тебе незачем забивать сейчас этим свой милый ум. Как говорят смертные: что было, то прошло.
Принц тяжело вздохнула и смущенно шагнула в открывшееся пространство.
— Ты ответил правдой, — сказал она. — Твой черед спрашивать.
О да. И я уже догадывался, что мой вопрос ей точно не понравится. — Скажи, за что тебя так ненавидит Берч?
Принц резко повернулась ко мне, и в ее глазах вспыхнула злость. В ней вновь ожила та дикая кошка, которой она была в начале семестра.
— Не мог спросить что-то другое? — выплюнула она. — Теперь мы никогда отсюда не выйдем ведь это совершенно не твое дело!
Люсильда отвернулась, подошла к стене, и надавила на зеркало, но оно не поддалось.
— Ты права, но раз уж я спросил, ты обязана ответить, — сказал я, стараясь, сохранять спокойствие. — Мы выйдем, только когда ты скажешь правду.
Принц стояла, прижав ладони к холодной поверхности зеркала. Я наблюдал, как ее плечи медленно поднимаются и опускаются в такт дыханию.
— Это не твое дело, — повторила она, но голос дрогнул. — Тебе не нужно этого знать, а я не хочу говорить. Это история давно минувших лет.
— Ты уже знаешь, что я умею хранить чужие секреты, — произнес я, пытаясь дать ей повод мне довериться. — К тому же, несмотря на твое крайне негативное отношение ко мне, возникшее абсолютно на пустом месте, я не дал тебе даже повода.
— Повод был не нужен, за тебя уже постарался кто-то другой, — тихо произнесла Принц, будто наконец смирившись с неизбежностью ответа.
Я не знал, как реагировать на подобное заявление. Это уже звучало не как колкость, а как обвинение, которого я совершенно не заслуживал.
— На первом курсе, — начала она, и ее голос приобрел холодный оттенок. — Когда мне было четырнадцать, с Тео жил сосед с четвертого курса. Оливер Берч. В отличие от Августа, которого признал Сатана, Оливер пошел в их мать. Он был потомком Люцифера. Как и ты.
Принц ненадолго замолчала. Я не торопил ее, прокручивая в голове услышанное. Я и не знал, что у Берча был старший брат.