— Ну раз ты доволен, то делай им предложение. Если согласятся, то потом при встрече посмотрю, какие у них мысли, — я улыбнулся, заметив, как настроение Марка пошло вверх.
Дальше, пока не подошли остальные, мы обсуждали формирование двух новых флотов — количество кораблей и состав.
Обед прошёл в дружеской обстановке. Разговор зашёл о том, что на «Стальной Берлоге» надо создать школу для детей и что‑то наподобие имперской академии. Прозвучали аргументы: многие члены экипажей имеют здесь семьи с детьми, и сейчас они не получают должного образования. Население на «Стальной Берлоге» уже скоро перевалит за сто пятьдесят тысяч, и пора этим вопросом озаботиться.
Яр сообщил:
— На самом деле помещения под обучающие заведения предусмотрены. Просто никто об этом не говорил, и они стоят законсервированные. Если найти преподавателей и руководителя, то вполне можно всё сделать.
В итоге озадачили Себастьена, Рэттена и Игната найти учителей для детей — в школу и для академии. Яр тоже согласился помочь и разослать информацию людям с подходящим опытом: ведь он единственный, у кого была вся база на проживающих на «Стальной Берлоге».
Себастьен тут же начал составлять список требований:
— Нам нужны учителя по базовой астронавтике, истории Империи, тактике малых групп, математике и физике. Для академии — преподаватели тактики крупных соединений, инженерии варп‑двигателей, медицины и психологии командования.
— И не забудь про гуманитарные дисциплины, — добавил Рэттен. — Философия, дипломатия, этика — без них офицеры получаются однобокими.
— Зафиксировано, — подтвердил Яр. — Отправляю запросы по категориям. Добавочно отправляю запросы на всех учителей для младших и средних классов.
После обеда я приказал всем отдохнуть несколько часов перед выходом из варп‑прыжка в звёздной системе «Опорный круг».
Я отправился в каюту. По пути заглянул в штаб управления флотом. Дежурные офицеры исправно несли службу.
В каюте я сел за стол и открыл личное досье Тихона Белова. Фото мужчины лет пятидесяти пяти, седина на висках, взгляд спокойный, уверенный. Награды, благодарности, отзывы командиров — всё выглядело безупречно. Рядом открыл досье Арсения Воронова. Тот моложе, в глазах — азарт исследователя. В отчётах упоминались экспериментальные построения, которые он тестировал.
«Два разных подхода, — подумал я. — Белов — опыт и стабильность. Воронов — инновации и риск. Возможно, именно такое сочетание нам и нужно».
Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Несколько часов отдыха перед боем — роскошь, которой нельзя пренебрегать. Корабль нёс нас к новой цели, а вместе с ним — новые возможности и новые вызовы.
— Внимание: до выхода из варп‑прыжка — пять… четыре… три… два… один, — голос Яра, как обычно в таких случаях, спокойный и чёткий, известил всех о выходе из варпа.
«Стальная Берлога» вышла в пяти тысячах километров от основной точки выхода по варп‑маяку. На тактическом шаре вспыхнули множественные красные точки — военные корабли противника. На голографическом экране появилась гигантская планета, утопающая в свете звезды. Её поверхность частично скрывали облака, а вокруг орбиты тянулись кольца спутников, станций и кораблей.