– Да, Санна. Нам нужно с тобой поговорить. Точнее… мне пора попросить у тебя прощения.
Это прозвучало громом среди ясного неба. И так мрачно, гулко, как сходящий с горы камнепад, что у Санны закружилась голова. От мысли, что же Сверр сделал такого, что даже сам захотел извиниться за это.
– Д-да, конечно, – прошептала она сдавленно.
– Пойдем, – он сжал ее локоть сильными пальцами. – Это будет разговор не для чужих ушей. Ты ведь сама знаешь, у нашей семьи всегда много тайн. Которые не стоит выдавать посторонним.
Глава 18.
Санна замешкалась. Инстинктивно мышцы словно сковало каменным спазмом. Сверр жестче сжал пальцы.
– Ты знаешь, что меня лучше не злить, – напомнил он.
Санна стиснула зубы. Хотелось сказать много, очень много всего. Но она здесь не для того, чтобы выплескивать на Сверра свои обиды – это все равно бесполезно. В этом замке лучше слушать, а не говорить. Может, тогда хоть как-то удастся разгадать, что за ловушка здесь готовится?
Сверр повел Санну внутрь замка, в дальнее крыло. У нее екнуло сердце. Здесь давно никто не жил. Да, было несколько гостевых покоев, но скорее всего, они сейчас пустовали.
– Зачем ты ведешь меня сюда? – не выдержала Санна, голос у нее предательски сорвался.
Сверр резко повернулся к ней.
– Да ты боишься меня? Не переживай, Санна, я не поднимаю руку на беременных женщин. Несмотря на то, что этот ребенок не мой внук никаким образом.
Он распахнул тяжелую деревянную дверь. Она была украшена резьбой: кажется, лозы и гроздья, и листья, напоминающие рябину. Но в слабом свете, сочащемся из окна в конце коридора, оказалось сложно разглядеть. Санна вместе со Сверром вошла внутрь. Тяжелые шторы были задернуты, пахло пылью и старым бархатом, еще самую малость деревом. На кровати с резными массивными столбиками лежало покрывало, будто хозяйка только ненадолго вышла.
– Все думаю, не выбросить ли всю эту рухлядь, – Сверр недовольно дернул верхней губой, подходя к большому сундуку и пиная его носком сапога. – Слуги только тратят время на бесполезные хлопоты, убираясь здесь время от времени. Как думаешь?
У Санны пересохло в горле. Как и всегда в подобных ситуациях, она, попаданка, принялась лихорадочно перебирать воспоминания у себя в голове. И нашла нужное! Это была комната покойной жены Сверра.
«Моей матери в этом мире», – подумала Санна.
– Это… это место напоминает о маме, – хрипло выдавила она.
– Вот именно, – фыркнул Сверр, поведя плечом, будто почуяв сквозняк. – О женщине, которая умудрилась наставить рога самому Повелителю Севера! И еще потом в глаза мне смотрела, дрянь, и улыбалась. Знала, что я смирюсь и смолчу. Попытаюсь замять всю эту историю. Чтобы не быть опозоренным на всю округу!
Казалось, для нее, попаданки, эта покойная женщина существовала только в воспоминаниях. Но Санна распрямила плечи, приподнимая подбородок. На минуту похолодела от ощущения, что в этот момент они похожи осанкой, холодной гордостью в глазах. Как противники, уже ставшие друг напротив друга на дуэли.
– Кажется, ты собирался говорить о чем-то другом, – напомнила Санна. – А не оскорблять мою покойную мать.