И все-таки Асмунд не смог промолчать. Он смерил обоих настороженным взглядом, чувствуя что-то неладное.
– Я думал, Вы замужем? – настороженно обратился к Санне Асмунд.
Она кивнула, сцепив зубы.
– Разумеется. И то, что мне захотелось Вас порадовать, никоим образом не означает ничего грязного. Прошу меня простить, король Асмунд. Мне нужно идти к сестрам.
Впрочем, Санна не смела двинуться с места. Будто ждала разрешения. Сверр стоял напротив и давил на нее взглядом. Это было уже слишком заметно. Асмунд рядом перемялся с ноги на ногу. Он не знал, что делать. Ведь только безумец полез бы в семейные дрязги Повелителя Севера.
– Что ж, сюрприз вовсе не испорчен! – Асмунд попытался разрядить обстановку. – Вы можете отдать мне приглашение прямо сейчас…
Он протянул руку к письму. Сверр одернул его с таким лицом, как присваивает себе добычу волк. Еще немного – и рыкнул бы предупреждающе, что если руки дороги, то лучше не тянуть их, куда не следует.
– Мы ненадолго покинем Вас. Мне тоже нужно поговорить с дочерьми, – сказал Сверр и выжидающе посмотрел на Санну, кивая на дверь, будто давая то самое разрешение, которое она ждала.
* * *
Санна медленно пошла следом за Сверром по коридору. Между ними царило тяжелое молчание. Она мысленно порадовалась только насчет одного. Что не писала напрямую ничего, связанного со Сверром. И о своих мыслях насчет власти и него. Ведь тогда ей точно пришел бы конец. Санна вспомнила Мадса, брата Хельга, и самого Хельга. И поежилась. Не хотелось бы пополнить список предателей короны и закончить свою жизнь на плахе. К счастью, Санна была неглупой. Так что в письме писала лишь о невинных вещах, что-то вроде поддержки, если они с Хельгом решились бы «сменить место проживания».
Санна медлила, пока шла. И продумывала план разговора со Сверром. Нужно было сыграть влюбленную глупышку, у которой поменялось настроение и которая решила простить изменника-мужа. Но поверит ли в такие перемены Сверр? Санна не знала. Хотя логически все складывалось в понятную и простую картину. Но Сверр был умным и прекрасно знал характер настоящей Санны, а она не стала бы так вести себя ради какого-то мужчины. Что ж… придется убедить отца в том, что ее желание быть рядом с Хельгом очень искренное и сильное. Тем более, что в глубине души Санна знала, что это правда. Осталось лишь открыть душу Сверру?
О небо, как это не хотелось делать! Он просто измарает все самое светлое, что есть в ней по отношению к Хельгу. Но лучше унижение, чем смерть. Так что Санна набрала воздуха перед нужной дверью. И приготовилась к сложному разговору.
Сверр и Санна дошли до гостевых покоев, где она и расположилась по приезду. Совсем не в тех комнатах, где жила раньше. Сверр будто сделал это нарочно. Чтобы она чувствовала себя гостьей в отчем доме. Чтобы помнила, что любое добро здесь – это милость, которую нужно заслуживать незаконнорожденной дочери.
– Заходи, – холодно кивнул Сверр на дверь, которую открыл своим ключом, ведь, разумеется, в его связке они были от всех покоев замка. – Посмотрим, что за тайные письма ты шлешь нашим соседям. Я предпочел бы, чтобы ты просто по глупости влюбилась в Асмунда и написала ему какую-то чушь о том, как у тебя при нем кружится голова. Или что там пишут влюбленные глупышки.