— Мы замёрзнем.
— Будем стараться согреться, — сказал босс и присел рядом с Агатой, обнимая ее и прижимая к своему телу.
Агата хотела возразить, но вместо этого просто прижалась в ответ. Ветер завывал снаружи, гром гремел, дождь лил как из ведра. Но внутри пещеры было сухо, тихо, почти уютно.
Шторм бушевал ещё несколько часов. Агата заснула у него на плече, и Барцев не шевелился, чтобы не разбудить её. Он смотрел на вход в пещеру, где бушевал ураган, и думал о том, что жизнь — странная штука. Разве мог он когда-то подумать, что будет вот так сидеть в пещере с девушкой, которую считал бестолковой, и чувствовать, что хочет остаться здесь навсегда.
Глава 12.
Агата проснулась от того, что вокруг было абсолютно, беспросветно темно.
Она сильнее открыла глаза, но ничего не изменилось — чёрная пелена накрыла всё вокруг. Агата моргнула. Снова и снова — никакой разницы.
— Алекс? — позвала она тонким и испуганным голоском. — Алекс!
— Я здесь, — раздалось откуда-то справа, совсем близко. — Ты чего орёшь?
— Я… я ничего не вижу.
— Потому что ночь, пояснил Барцев. — А у нас нет дров, чтобы развести огонь.
— Но я совсем ничего не вижу, — повторила Агата, и паника начала накатывать с новой силой. — Совсем ничего. Алекс, я ослепла!
— Крылова, — Барцев, кажется, начинал нервничать. — Ты не ослепла, тут просто темно. Не ной.
— Но я не вижу даже собственных рук!
— Протри глаза, поморгай, адаптируйся. И умоляю тебя, угомонись.
Агата послушно потёрла глаза, но это не помогло. Абсолютный мрак. Такой, какого не бывает в городе, где всегда есть хоть один источник света: фонарь за окном, экран телефона, светофор. Здесь не было ничего.
— Мне страшно, — призналась она. — Честно. Я никогда не была в такой темноте.
Агата услышала, как босс завозился, и через секунду ощутила его руку на своем плече.
— Я здесь, — сказал Алекс. — Не бойся, ты не одна.
— Я знаю, но я не вижу вас, — прошептала Агата. — Это так странно. Я слышу ваш голос, но не вижу лица, и мне кажется, что разговариваю с призраком.
— Приятно, что я у тебя ассоциируюсь с призраком.
— А какой же вы, если вас не видно?
— Какой был, такой и остался. Невыносимый, с твоих слов.
— А по-моему, вы другой, — сказала Агата, сама удивляясь собственной смелости. Темнота располагала к откровенности. — Там, в офисе, вы как робот. А здесь вы живой, хоть и такой же душный.
— Крылова, ты сейчас психоаналитика включила?
— Может быть, — Агата улыбнулась, хотя Алекс и не мог этого видеть. — А может, просто хочу понять, кто сидит со мной в этой пещере.
Снаружи всё ещё слышался дождь. Уже не ураган, а ровный, успокаивающий шум. Внутри пещеры было сухо, но холодно.
— Ты знаешь, — произнес Барцев. — Я никогда не был хорошим человеком.
— Я заметила.
— Не перебивай, — сказал он. — Я о другом. Если бы я был мягким, моя фирма развалилась бы на второй год. Если бы я улыбался каждому сотруднику, меня бы съели за завтраком. Я научился быть жёстким, потому что иначе нельзя. Ты думаешь, мне нравится быть таким?
— Не знаю, — ответил Агата честно. — Иногда кажется, что вы получаете удовольствие от собственной невыносимости. И всегда считала, что вы просто зазнавшийся придурок.