Глава 1
Агата Крылова не считала себя бестолковой. Бестолковые люди, по её глубокому убеждению, даже не замечают, что они бестолковые. Они живут себе припеваючи, заливают кофе в клавиатуру и называют это креативным беспорядком. Агата же замечала всё. Просто иногда её внутренняя система координат давала сбой. Например, сегодня утром она перевела пункт 14.3.2 международного контракта как «в случае наступления обстоятельств, которые никто не предвидел, потому что на то они и непредвиденные».
Клиент, толстый француз с лицом обиженного бульдога, остался в полном восторге. Заулыбался, закивал, даже что-то весело забулькал на своём. А вот Александр Андреевич Барцев, или просто Алекс, как его звали между собой сотрудники — нет.
Он сидел напротив, сложив руки в замок, и смотрел на Агату так, будто она только что публично объявила, что Земля плоская, а Луна на самом деле кусок сыра. В его взгляде читалось привычное фирменное разочарование, которое он выдавал исключительно Агате. Никому больше в фирме «Правое дело» такой чести не выпадало.
— Крылова, — пробасил Барцев. — Можно узнать, что это было?
— Адаптивный перевод, — соврала Агата и глазом не моргнув, — Француз остался доволен.
— Француз остался доволен, потому что вы перевели ему «штрафные санкции» как «извините, но вам придётся немного доплатить за наши слёзы». Я своими ушами слышал.
— Ну, это дипломатичный эвфемизм, – пожала Агата плечами.
— Это профнепригодность, приправленная обаянием, – не отступал Барцев.
Агата решила считать это комплиментом. Обаяние — это же ведь хорошо? Она мило улыбнулась и сделала пометку в блокноте. Какую именно, она и сама не поняла, но жест вышел уверенный.
Алекс тяжко вздохнул, как человек, который понимал, что сегодня в кофемашине снова закончились зёрна, а впереди ещё восемь часов этого цирка.
Собственно, ничего нового. Агата Крылова и Алекс Барцев работали вместе уже полтора года, и каждый день их общение выглядело как плохо сыгранный стендап: она шутила, он не смеялся, она пыталась исправиться, он делал вид, что её не существует. Иногда она ловила себя на мысли, что специально его бесит, просто чтобы увидеть хоть какую-то эмоцию. Потому что когда человек зол, значит, он живой. А когда он просто в нескончаемом рабочем режиме, то перед ней лишь робот в дорогом пиджаке. Точное описание ее невыносимого босса.
После совещания Агата вышла в коридор и почти сразу налетела на Веронику: вечно растрепанную секретаршу с лисьими глазами и талантом узнавать сплетни на расстоянии трех этажей.
— Слышала? — шепнула Вероника, хватая Агату за локоть. — Он не берёт тебя в Париж.
— Радость-то какая, — искренне сказала Агата. — Я этот Париж видела в кино и в прошлом году на корпоративе, где была тема «французское кино». Там был багет и берет. Я почти экспат.
— Ты не поняла, – яростно зашептала Вероника, озираясь по сторонам. – Он вообще никого не берёт, только себя и ведущего юриста. Сказал, что в переводчиках не нуждается, потому что французы сами английский знают.
— Ну и правильно, — Агата пожала плечами. — Меньше поводов ему на нервы действовать.